Читаем Итоги № 40 (2012) полностью

У нас об этой проблеме власти вспоминают лишь изредка, иногда даже на ее решение выделяются какие-то деньги, которые потом незаметно испаряются, и все остается в прежнем состоянии. Примерно по такой же схеме заиграли в Москве проблему стерилизации бездомных собак. И сегодня не может не смущать их численность на улицах города. «Сейчас в Москве порядка 25—26 тысяч бездомных собак и 3—5 миллиона хозяйских, — комментирует Ирина Новожилова. — Это колоссальная цифра! Она стала возможной в результате отсутствия какого бы то ни было контроля над разведением домашних животных. Брошенные собаки и их потомство составляют большинство бродяг. На Западе разведение собак — жестко контролируемый бизнес. А если хозяин не стерилизовал свое животное, то он платит огромный налог. Ежегодная выплата может быть в пять раз выше, чем стоит стерилизация». В Москве же программа стерилизации животных фактически провалилась. Причиной тому — полное отсутствие организации и учета. Бывали случаи, когда одна и та же собака попадала на операционный стол дважды. Приюты — тоже не выход. «В Москве просто нет столько приютов, чтобы поместить всех бездомных животных, — заключает Ирина Новожилова. — Для начала нужно ликвидировать схемы, по которым животные попадают на улицы. А уже потом заниматься благоустройством приютов и стерилизацией. Эти меры хороши лишь как дополнительные».

Могут ли владельцы животных изменить ситуацию самостоятельно? Отчасти, ведь особо сознательные и так, гуляя с собакой, ведут себя на улицах корректно и следят за «личной жизнью» питомцев. Для остальных может быть действенным только закон и жесткий контроль за его исполнением. Судя по мировой практике, это вводит в приемлемые для всего общества рамки взаимоотношения между любителями животных и их противниками. Причем и сами собаковладельцы, и их четвероногие питомцы получают огромное количество обременений и обязанностей, за невыполнение которых приходится расплачиваться. Как, впрочем, неизбежно караются те, кто жесток с братьями нашими меньшими.

Презумпция невиновности

Вообще для Москвы явление массового отравления животных далеко не новое. Просто вопиющий случай в парке 50-летия Октября переполнил чашу терпения и зоозащитников, и владельцев животных. Люди на протяжении нескольких лет пишут заявления в полицию о том, что животные гибнут не только от отравлений, но и от пневматического и даже от огнестрельного оружия. «Не раз мы поднимали вопрос о том, чтобы закрыть официальный сайт догхантеров, — вспоминает актриса и зоозащитница Дарья Хмельницкая. — Но власть бездействует, ни по одному заявлению полиция не возбудила ни одного уголовного дела. Именно это бездействие и вынудило нас выйти к зданию администрации президента 30 мая этого года. Две тысячи человек подали письма с просьбой защитить их конституционные права в связи с тем, что ни одно уголовное дело по факту убийства животных не было возбуждено. После этого власти наконец-то обратили на нас внимание. Но никакого решения в отношении наших запросов так и не принято. Нас вынуждают продолжать активные акции протеста, выводить людей на улицы и требовать защитить наши права. И если правительство России не в состоянии этого сделать, значит, мы будем обращаться к международным организациям защиты животных и к посольствам других стран. Мы считаем, что если бы власти отреагировали сразу, больше никаких акций догхантеров не было бы. То, что произошло в парке 50-летия Октября, мы расцениваем не просто как жестокое обращение с животными, а как угрозу теракта. В парке заранее были расклеены объявления о массовой травле собак и разбросан яд, которым могут отравиться не только собаки, но и дети».

Главный врач ветеринарной клиники, в которую доставили часть отравленных в парке собак, Илья Вилковыский заявил «Итогам», что применяемые преступниками яды очень опасны: «Раньше отравители использовали всего два вида яда, и мы знали, что делать в случае отравления, какое противоядие давать. Сейчас же используется более ста (!) видов яда. В результате собак с отравлениями спасти стало гораздо сложнее — огромную роль играет время. Если опоздать хотя бы на полчаса, будет поздно».