Читаем Итоги № 39 (2013) полностью

Вопрос на засыпку: Существуют ли в России такие компании, бизнес которых не связан с госресурсами или экспортом углеводородов, но чья стоимость превышает один миллиард долларов? Таких и впрямь немного. А уж работающих в сфере высоких технологий — единицы. Одна из них — Группа QIWI, которую создал молодой бизнесмен Андрей Романенко.

— Андрей, сегодня утром мне на мобильный пришла СМС: «На ваш счет зачислено 200 руб. Qiwi-терминал». Поскольку у меня нет счета в вашей платежной системе, я решил подождать, что будет дальше. А через несколько минут пришло еще одно сообщение: «Извините, я вам деньги по ошибке перевел. Верните, пожалуйста». Это про что?

— При оплате через терминалы пользователи бывают недостаточно внимательными и порой ошибаются в наборе цифр. Потом мы помогаем решить эту проблему. А СМС-сообщение пришло от нас?

— Нет, с телефонного номера.

— Тогда это мошенничество. К сожалению, с такими фактами мы сталкиваемся. Люди у нас доверчивые. Им пришлют на мобильный сообщение, что они выиграли какой-то дорогостоящий приз, потом их попросят для его получения перечислить деньги — и они перечисляют. Потом обращаются к нам и возмущаются, что приз им так и не прислали. А что мы можем сделать в этой ситуации? Мы всего лишь платежная система и получателями денег не являемся. Мы ведем разъяснительную работу среди наших пользователей, распространяем СМС-сообщения с объяснениями, какие виды мошенничества существуют в этой сфере, но некоторые все равно попадаются на подобные уловки. Тут, наверное, должны работать правоохранительные органы. Со своей стороны мы взаимодействуем с ними.

— А как вообще возникла идея создать платежную систему? Ведь, насколько я знаю, ничего подобного до этого на рынке не существовало.

— Нет, что-то подобное было, конечно. Но работало по совсем другим принципам. Более десяти лет назад на рынке сотовой связи появились скретч-карты. Их покупали для оплаты мобильного телефона, и не нужно было бегать в офис сотовой компании. Достаточно было купить такую карточку, стереть монеткой защитную пленку, получить код и послать CМC на определенный номер.

Я тогда торговал такими картами. Не у лотка стоял, конечно, а занимался их распространением по торговым точкам. Как-то со мной связался знакомый, который работал в одной сотовой компании, и говорит: «К нам приехали французы. Предлагают новую систему оплаты, но нам это не нужно. Может, ты с ними поговоришь?» Я с ними встретился. Это были представители компании Ingenico. Поговорили. Суть их предложения состояла в том, чтобы не наносить ПИН-коды на карты, а продавать их через специальные терминалы на кассах магазинов, потом информацию о платеже заносить на единый сервер и так далее. Словом, довольно сложная в реализации модель. Я несколько раз съездил во Францию, смотрел, как у них это работает, и предложил собственную идею. Почему бы не дать человеку возможность подойти к автомату, выбрать провайдера, ввести номер телефона и оплатить его услуги, просто вставив в автомат купюры. Если есть возможность купить в автомате банку колы, то почему так же нельзя оплачивать сотовую связь? Французам моя идея понравилась, но они выдвинули такие условия сотрудничества, что соглашаться просто не имело смысла. Отчислять им с каждого платежа 0,5 процента всю жизнь — это слишком дорого. И я решил, что мы сможем создать такой вариант оплаты сами.

— Надо полагать, французы теперь локти кусают?

— Не знаю, я с ними после этого ни разу не виделся. Я вернулся в Москву, позвал к себе Дмитрия Уханова, он у нас уже тогда был главным специалистом по IT-разработкам, и спросил: «Ты что-нибудь понимаешь в процессинге?» Он до этого работал в компании «1С». «Нет, — отвечает Дима. — Но если надо — разберусь». Я ему поручил собрать команду, которая сможет разработать такой аппарат, а сам побежал его продавать. Ведь идея лежала на поверхности, и она пришла в голову не только мне. У нас уже тогда, кстати, появлялись конкуренты. Была уже компания «Элекснет».