«Старые хозяева всегда возвращаются», — гласит восточная мудрость. И с ней не поспоришь, поскольку подтверждений ее правоты немало. Вот последнее: египетский суд постановил выпустить из тюрьмы экс-президента страны Хосни Мубарака. С бывшего властителя снято одно из обвинений в коррупции. Мубарака осудили за то, что он получал «подарки» от крупнейшей в стране государственной газеты «Аль-Ахрам». Его семья выплатила изданию стоимость предполагаемых даров — вопрос закрыт. Правда, в июне прошлого года свергнутый президент был также признан виновным в сговоре с целью убийства участников массовых демонстраций 2011 года и приговорен к пожизненному заключению. Однако в этом году адвокаты Мубарака добились пересмотра дела.

Можно, конечно, рассуждать о том, что, мол, возвращение тяжелобольного политика — событие, от самой ближневосточной политики весьма далекое. Но дело в том, что по большому счету Мубарак из нее никуда и не уходил. Зримое тому подтверждение — его бронзовая статуя в образе боевого генерала в каирском музее вооруженных сил, подаренная в свое время северокорейскими друзьями. Почетному доктору МГИМО, боевому летчику, одному из полководцев арабо-израильских войн не привыкать возрождаться из пепла. Он, к примеру, участвовал в Шестидневной войне 1967 года, когда египетские ВВС были почти полностью уничтожены. Но уже через несколько лет пытался взять реванш в ходе войны Судного дня. В октябре 1981 года Хосни Мубарак стоял на военном параде рядом с президентом Анваром Садатом. Пули заговорщиков-исламистов, сразившие египетского лидера, поразили и генерала. Мубарак был ранен, от гибели его отделяли какие-то сантиметры. Вскоре он был приговорен фундаменталистами к смерти, пережил несколько покушений…

Мубарак — это живой символ того Египта, который противостоит организации «Братья-мусульмане». Того, что миллионами вышел на улицы в начале этого лета, добившись свержения президента-исламиста Мохаммеда Мурси. А разве можно держать символ в тюрьме? Многие восприняли освобождение Мубарака как свидетельство отказа от курса реформ, принятого после революции 2011 года. Возможно, и так, но в условиях полного экономического коллапса, который наступил благодаря политике пришедших к власти «Братьев-мусульман», особо выбирать 85-миллионному Египту не приходится. Иной альтернативы, кроме военных, просто нет. Египет и выбрал военных. А значит, реабилитировал генерала Хосни Мубарака.

Акционный смотритель / Политика и экономика / Те, которые...

Акционный смотритель

/ Политика и экономика/ Те, которые...

После того как руководитель Федеральной службы по финансовым рынкам Дмитрий Панкин отказался курировать свое же направление, внедренное в Центробанк ради построения мегарегулятора, вопрос о кандидатуре нового смотрителя за финансовыми рынками фактически отпал. Это место 1 сентября займет зампред ЦБ Сергей Швецов. Новому главе поручено курировать не только участников рынка ценных бумаг, но и страховщиков с микрофинансовыми организациями

В компетентности нового смотрителя сомнений быть не может никаких. Финансовые рынки — его конек. В прошлом он курировал объединение бирж, активно поддерживал идею создания мегарегулятора, полагая, что тот способен вдохнуть жизнь в дышащий на ладан российский фондовый рынок.

Состояние рынка сейчас и впрямь удручающее: объемы торгов неуклонно снижаются, индексы падают, крупнейшие российские эмитенты предпочитают размещать акции на зарубежных площадках. В кресле главы финансового надзора действительно не помешает крепкая рука.

С другой стороны, финансисты опасаются, что с приходом нового человека обновится и кадровый состав службы, с которым они едва только успели наладить контакты. И что, опять придется начинать все сначала?

С ответом на этот вопрос новый «главнокомандующий» пока не спешит. В ближайшее время на повестке — рекогносцировка местности. Что ж, срока полномочий регулятора рынка ценных бумаг вполне хватит на то, чтобы понять, стоило ли устраивать весь сыр-бор по созданию на базе ЦБ службы одного финансового окна.

Иду и смотрю / Общество и наука / Спецпроект

Иду и смотрю

/ Общество и наука/ Спецпроект

Сергей Медведев — о низких истинах большой политики и высоком искусстве инаугурации, о совсекретном визите к Ванге и ее тайных предсказаниях, о любви к Лубянке, интересе к убийце Троцкого, прогулках со Штирлицем, а также история про то, как играл с Ельциным в очко

Работая в Кремле, настоящим чиновником Сергей Медведев до конца так и не стал. Даже в президентской выборной гонке 1996 года он отдавал предпочтение больше творческим моментам, чем аппаратным ходам. А уж по завершении кампании зов и адреналин профессии вернули его к любимому делу — на телевидение.