20 лет исполнилось легендарным ваучерам. В августе 1992 года Анатолий Чубайс, руководивший Госкомимуществом, оценил национальное достояние в 10 тысяч рублей на душу населения. На эти деньги гражданам были обещаны «две Волги» либо солидная доля в любом предприятии. Но реальная цена ваучера на бирже в 1992 году, увы, не превысила 25 долларов, что равнялось тогда среднемесячной зарплате. Чуда не случилось: большинство граждан отнесли бумажки в множащиеся как грибы и столь же стремительно пропадающие чековые фонды и больше о них ничего не слышали. Правда, сам Анатолий Чубайс в честь юбилея обмолвился, что, дескать, при грамотном информировании на приватизационных чеках все-таки можно было заработать. Как? Скажем, поучаствовать напрямую в аукционах, к примеру, «Газпрома» и предпочтительно в малонаселенных регионах. Так, жители Перми за ваучер могли получить 6 тысяч газпромовских акций. Сегодня они стоят около 940 тысяч рублей (кстати, почти две Volga Siber). А цена ваучера в конце 1992 года при грубом пересчете на нынешние деньги составляла около 23 тысяч (средняя зарплата в 2012 году). Доход солидный. Но повезло не всем. Москвичи и питерцы за тот же ваучер могли получить лишь 50 акций газового гиганта, стоимость которых сегодня составила бы лишь 7850 рублей.

«Даже при грамотном информировании остаться в плюсе смогли бы только 15—20 процентов населения, — говорит «Итогам» научный руководитель НИУ ВШЭ Евгений Ясин. — Лень и нежелание разбираться в финансах сделали бы свое дело. К тому же на приватизацию наложился кризис. Но в итоге появился класс собственников, которые потом через повышение зарплаты вознаградили тех, кто не смог воспользоваться ваучерами». Впрочем, спустя годы все меньше сомнений вызывает и то, что до многих настоящих аукционов «неграмотных» российских граждан просто не допустили.

Мостить не перемостить / Политика и экономика / Что почем

Мостить не перемостить

/ Политика и экономика/ Что почем

400 тыс. м2 московских тротуаров в этом году замостили тротуарной плиткой. И будут мостить дальше. Об этом заявил заместитель мэра столицы по вопросам ЖКХ и благоустройства Петр Бирюков, опровергая появившиеся на прошлой неделе сообщения, что мэрия свернула «плиточную программу». И в самом деле, зачем останавливаться, если мэрия видит у тротуарной плитки перед асфальтом ряд преимуществ. Прежде всего, она придает городу эстетичности. К тому же, по словам руководителя дорожно-строительной компании «Асфальтобетон» Александра Бурова, асфальт может пролежать всего 5—6 лет, а срок годности правильно уложенной качественной плитки составляет 30—40 лет. Однако у плитки есть один существенный недостаток: если она сама по себе и дешевле асфальта, то работы по ее укладке делают тротуары если не золотыми, то по крайней мере бронзовыми. Так, по словам Бурова, стоимость укладки одного квадратного метра асфальта вместе с материалами составляет 600 рублей, а плитки с соблюдением всех ГОСТов и СНиПов — 1300 рублей. Казалось бы, ее долговечность покрывает все затраты и в перспективе тротуар становится в 3—4 раза дешевле, чем покрытый асфальтом. Но на самом деле получается по-другому. На те же 400 тысяч квадратных метров тротуаров, замощенных плиткой в 2011 году, власти потратили миллиард бюджетных рублей. Хотя простой калькулятор, сколько ни умножай 400 000 на 1300, упорно показывает, что сумма должна составить «всего» 520 миллионов. Куда делись остальные 480 миллионов, остается догадываться. Как зубоскалят остряки, это та самая «доля ангела» — так шотландцы называют количество испарившегося за время выдержки в бочках спирта. Правда, при производстве виски эта доля составляет 3—5 процентов в год, а здесь — 48. Понятно, что при таком арифметическом раскладе Москву мостить не перемостить.

Блаженны чудотворцы / Политика и экономика / Те, которые...

Блаженны чудотворцы

/ Политика и экономика/ Те, которые...

Церковный вопрос так испортил отношения власти и граждан, что срочно потребовалось чудо. Сотворить его призван вице-премьер Владислав Сурков, полномочия которого теперь расширены за счет кураторства связей правительства и религиозных конфессий.

Да и кто, как не он? Дело даже не в том, что Владислав Юрьевич уже курировал отношения с религиозными организациями, работая в администрации президента с 1999 по 2011 год, и затем почти полгода возглавлял соответствующую правительственную комиссию. И не в том, что после его ухода все на этой поляне как-то стремительно посыпалось. Главное — закрепившееся за ним реноме политтехнологического чудотворца.