Читаем Итоги № 33 (2013) полностью

— Валерий Валерьевич, почему именно 8 сентября назначено единым днем голосования?

— Как говорил апостол Павел, тайна сия велика есть. Спросите у инициаторов почему… Но график действительно необычный: избирательная кампания приходится на сезон отпусков, а ключевой момент принятия решений наступает в последние две недели перед выборами, когда люди возвращаются из отпусков и окунаются в повседневные заботы. Лишь после 8 сентября можно будет понять, был ли такой выбор интересной и полезной находкой или чудачеством, от которого всем только хуже.

— Скажется ли такой график на уровне явки?

— Уровень явки как раз особых опасений не внушает. На региональных и муниципальных выборах явка всегда низкая: если на федеральных она составляет 60—70 процентов, то на региональных 50—60, а на муниципальных может быть и 20—30 процентов. Тут вопрос не в том, придут ли люди на участки, а в том, насколько они успеют включиться в политическую реальность и не клюнут ли, не разобравшись, на какую-то яркую, шумную агитационную кампанию, проголосовав за того, в ком затем быстро разочаруются.

— В чем главная интрига?

— Интриг много, все связаны с допуском к выборам представителей бывшей несистемной оппозиции. Это и Москва с Алексеем Навальным, и Екатеринбург с Евгением Ройзманом, и Ярославль с Евгением Урлашовым, и Забайкалье с Константином Ильковским. Правда, Урлашов и Ройзман стоят где-то на полпути между несистемщиками и «полусистемщиками», я имею в виду их причастность к «Гражданской платформе». Вот Навальный — в чистом виде антисистемная сила. Что касается Ильковского, то тут необычный случай: правящая партия поддерживает кандидата, принадлежащего к другой партии, в данном случае к «Справедливой России».

— Какие регионы самые проблемные для партии власти?

— Прежде всего Екатеринбург. Там проблема связана даже не столько с расколом в партии власти, сколько с расколом среди чиновников окружного, регионального и городского уровней. Это дает возможность Ройзману побороться не просто за место номер два, а за победу. Мало того что сами высокопоставленные руководители «ЕР» не могут между собой договориться, так они еще и потеряли навык коалиционной игры — с той же «Справедливой Россией», у которой в данном случае сильный кандидат.

Другая проблемная зона — Ярославская область. Снятие Урлашова и провал всего списка «Гражданской платформы» — это, конечно, большой сюрприз. Говорить о том, какие будут результаты, сложно: исчезновение одной из ключевых политических сил перекраивает все политическое поле, и настроения становятся труднопредсказуемыми. А это проблема: лучше предсказуемый плохой результат, чем вообще непредсказуемый. Могут быть сюрпризы и во Владивостоке — городе с трудной электоральной судьбой, и в Иркутской области, и в Забайкалье. Выборы вообще зона, где абсолютная предсказуемость просто невозможна.

— Москва исключение?

— Москва, безусловно, проблемой не является. Тут показатель социального самочувствия гораздо выше, чем полтора-два года назад, а рейтинг Сергея Собянина сейчас выше, чем рейтинг Владимира Путина полуторагодовалой давности. Как признают эксперты, даже состоящие на службе у несистемной оппозиции, столица из центра протеста превратилась в центр лоялизма. Рейтинги показывают, что у Навального нет шансов ни на что, кроме второго места, и его показатели будут в три или четыре раза меньше, чем у Собянина. По сути он соревнуется не с Собяниным, а с прочими оппозиционерами, прежде всего с Иваном Мельниковым. В этом контексте решение Собянина не участвовать в дебатах абсолютно верное. Он не златоуст — нельзя быть сильным абсолютно во всем, — ему надо раскрывать свои сильные стороны, а не пытаться закрывать слабые. Результат Собянина мы пока ожидаем на уровне 67—68 процентов, Навального — 13—15 процентов.

— Эксперты говорят о низком уровне доверия избирателей к выборам...

— Я бы не обращал внимания на эти данные, потому что они получены по федеральной общенациональной выборке. Какая разница, скажем, как я отношусь к выборам, если выборы 8 сентября пройдут в соседнем регионе? Если, к примеру, брать выборы в Московской области, то говорить о растущем там недоверии нельзя. Есть интерес, высокое желание участвовать и высокая декларация явки. Власти тоже достаточно активны: КОИБы и веб-камеры возвращаются и в Москве, и в области, наблюдатели обещают закрыть чуть ли не все участки.

— Центр призывает регионы провести конкурентные выборы, но его слышат не все. Что, вертикаль гнется?