Читаем Истребитель ведьм полностью

Выше упоминалась уже повесть М.Паровского “Лицом к Земле”, можно назвать также повесть “Район непостоянства” А.Кжепковского и А.Вуйцика, однако наиболее последовательно социологическая тематика была развита в цикле повестей Януша Зайделя. В первой из них — “Цилиндр Ван Троффа” (1980) — писатель показывает перенаселенный мир будущего, который в результате безответственных генетических экспериментов оказался на краю гибели. Часть человечества эмигрирует на Луну, чтобы там, в специально построенных для этой цели убежищах, переждать катастрофу. Описание жизни погибающего земного общества, в котором устанавливаются новое право и новая шкала ценностей, а также убогой и страшной жизни в лунных поселениях — несомненная удача автора.

Лучшей из указанного цикла считают повесть “Limes inferior” (1982), в которой писатель яркими красками рисует ужасающий компьютеризованный мир Арголэнда, последовательно и убедительно показывает законы его функционирования, размышляет об условиях, возможностях и последствиях манипулирования общественным сознанием, дает этические оценки подобным действиям.

Сюжет следующей повести Зайделя “Выход из тени” (1983) внешне прост. Землей в течение восьмидесяти лет управляют некие проксы (пришельцы из системы Проксима Центавра), которые когда-то якобы помогли в отпоре космическому агрессору и теперь считаются благодетелями и защитниками человечества. Проксы разделили Землю на квадраты, назначили в каждом из них местные власти, дали этим властям известные права, установили также определенные законы (некоторые из них кажутся нелепыми с точки зрения землян, но выполнение их тем не менее требуется неукоснительное) и дальше в жизнь землян особенно не вмешиваются, хотя, например, развитие науки и философии ими резко тормозится — дескать, зачем это землянам, если ответ на любой вопрос могут дать благодетели. Но в один прекрасный день проксы покидают Землю, и человечество оказывается перед необходимостью жить своим умом. И здесь-то оказывается, что для многих такая подневольная жизнь была во благо и они теперь понятия не имеют, что им делать с вновь обретенной свободой. Более того, они предпринимают отчаянные усилия, чтобы сохранить в неприкосновенности все прежние порядки, хотя их к этому никто извне не принуждает.

Повести “Вся правда о планете Кси” (1983) немного не повезло: будучи написанной раньше всех повестей из “социологического цикла”, она увидела свет чуть ли не последней. В ней Зайдель, рассказывая о судьбе земной колонии на далекой планете, прослеживает один из возможных путей возникновения тоталитарного общества.

Весьма удачным мысленным экспериментом по построению еще одной модели человеческого общества оказалась повесть “Парадизия” (1984). События в ней разворачиваются на гигантском искусственном спутнике планеты иной солнечной системы; “Парадизия” (что-то вроде “Раизма”, если попытаться перевести термин на русский язык) — название этого спутника. Много лет назад колонисты, прибывшие на малоизученную планету, обнаружили, что условия жизни на ней невыносимы для человека, хотя планета обладает огромными залежами полезных ископаемых, разработка которых желательна. Ценой огромных усилий и лишений колонисты строят “Парадизию” и поселяются на ней. Поскольку живут они в ограниченном пространстве, должны чутко следить за правильным функционированием всех механизмов и систем спутника, а также работать в страшных условиях на поверхности планеты, устанавливается суровая казарменная дисциплина с чутким контролем, институтом “стукачей” и жестокими репрессиями ’за малейшее прегрешение. Герой повести — прибывший с Земли писатель — с огромным трудом узнает правду. Оказывается, никакого искусственного спутника вообще не существует. Корабль в свое время благополучно совершил посадку на планете, и люди живут в огромном здании, им только внушили, что они находятся на спутнике в открытом космосе, ибо благоденствующему в райских условиях колонизированной планеты руководству так удобнее сохранять над ними контроль.

К сожалению, работу над новыми произведениями прервала преждевременная смерть писателя (в архиве Зайделя найдены конспекты еще трех повестей социологической тематики), однако направление социологической фантастики уже завоевало себе прочное место в польской фантастике и продолжается работами других авторов.