Читаем История военного искусства от Густава Адольфа до Наполеона Бонапарта полностью

В равнинах Польши, где образовались войска Густава Адольфа, тоже чувствовалась потребность в сильной кавалерии, а так как приобретение там лошадей не представляло затруднений, то Густав Адольф и привел в составе своей армии значительные массы кавалерии. С другой стороны, вмешавшись в Тридцатилетнюю войну в то время, когда она уже продолжалась десять лет, шведский король не мог изменить ее характер, а, напротив, должен был подчиниться ему; он должен был против Тилли и Валленштейна действовать так, как и они, и подобно им, конечно, сформировал бы значительные массы кавалерии, если бы они уже не были в его руках готовыми. Во вторую половину его войны, после Брейтенфельдского сражения, он поневоле должен прекратить методическое наступление, ибо вынужден был удерживать за собой значительные пространства, отделяющие берег Немецкого моря от берегов Рейна и Изара, для чего нужна была опять-таки кавалерия.

Следовательно, вот другая причина, почему в войнах Густава Адольфа пехота не могла получить первенствующего значения.

Кавалерия, получившая во время Тридцатилетней войны, по вышеприведенным причинам, большое значение, начала завоевывать себе и значительное численное приращение. Уже в середине войны нормальным отношением считалось: 1 кавалерист на 2 человека пехоты или, по крайней мере, 1 кавалерист на 3 человека пехоты; часто в войсках находилось столько же кавалерии, сколько и пехоты, иногда же первой более, нежели последней[1].

Кавалерия западноевропейских армий состояла из кирасир, сменивших жандармов и драгун. Во Франции и в Испании были еще карабинеры, а в имперской армии, сверх того, венгерские гуссиры и кроаты. Кирасиры и карабинеры, причислявшиеся к тяжелой кавалерии, имели предохранительное снаряжение (последние более легкое) и были вооружены пиками, палашами и пистолетами; впоследствии пики были отчасти заменены карабинами. Драгуны, гусары и кроаты были снаряжены еще легче, чем карабинеры; главным оружием гусар была сабля.

Драгуны были конными мушкетерами, иногда соединенными с конными пикинерами; они носили обыкновенно пехотное оружие, короткую саблю и небольшой топор для рубки дров и тому подобного употребления; на луке висела расщепленная лучина, с защепленным в нее зажженным фитилем.

В интересах подвижности Густав Адольф отменил некоторые части предохранительного снаряжения.

Административною единицею в кавалерии был полк. Имперский полк состоял из 10 рот, по 100 коней в роте. Полк кавалерии у Густава Адольфа имел 8 рот, в 66—72 коня каждая.

Для боя тяжелая кавалерия имперцев строилась в 8—10 шеренг, а легкая – в 5—6 шеренг. Густав Адольф принял для своей конницы построение в 3—4 шеренги, причем 4-я шеренга служила для образования резерва.

В боевом порядке кавалерия строилась поэскадронно, с интервалами в две линии. Действовала она почти исключительно стрельбою, пошереножно, причем атака холодным оружием была редким исключением. Густав Адольф, убедившись в войнах с Польшей в выгоде стремительных атак, запретил кавалеристам стрелять с коня. Впрочем, уступая обычаю, перед атакою первая его шеренга давала залп и потом врубалась в ряды.

Для придачи устойчивости своей кавалерии Густав Адольф ставил в промежутки между эскадронами мушкетерские взводы – сочетание, про которое нельзя сказать, чтобы оно было соответственным.

В общем, меры Густава Адольфа, направленные к облегчению своей кавалерии, к увеличению ее подвижности, к уменьшению глубины строя и к приучению ее производству стремительных атак и удару холодным оружием, дали ей большое преимущество над кавалерией противников.

Артиллерия. В конце XVI столетия артиллерия в армиях была слаба, но в Тридцатилетней войне она начинает играть значительную роль. Густав Адольф, не найдя в польских войнах лучшего средства против атак хорошей и храброй польской кавалерии, как осмысленный, хорошо поддерживаемый огонь, не довольствовался развитием до высших пределов огнестрельного боя пехоты, но старался еще усилить его многочисленною артиллериею. Для увеличения подвижности последней он, а также и его генералы старались существенно ее облегчить.

Уже в конце XVI столетия некоторые артиллеристы (напр., Диего Уфано) доказывали возможность облегчения орудий без ущерба для их прочности и дальности стрельбы; но Густав Адольф первый решился привести эти идеи в исполнение.

В армии Густава Адольфа были приняты следующие калибры: 3 ф., 6 ф., 12 ф., и 16 ф. и 30 ф. пушки; орудия были медные и чугунные и в сравнении с прежними облегчены, но все еще некоторые были тяжелы; так, 30 ф. пушка перевозилась на 20 лошадях; 3 ф. и 6 ф. пушки требовали 4—6 лошадей.