Читаем История Армении полностью

Киракос Гандзакеци

История Армении

Светлой памяти Карапета Агабековича Мелик-Оганджаняна

«ИСТОРИЯ АРМЕНИИ» КИРАКОСА ГАНДЗАКЕЦИ

Предлагаемый читателю труд принадлежит армянскому историку XIII в. Киракосу Гандзакеци. Автор «Истории Армении» — очевидец большинства описываемых событий. Он сообщает достоверные сведения о положении Закавказья и Армении накануне монгольского нашествия, о первых набегах монголов, их налоговой политике, взаимоотношениях с господствующей верхушкой завоеванных стран, междоусобной борьбе в этих странах. Поэтому сочинение Киракоса Гандзакеци стало общепризнанным первоклассным источником по истории армянского народа периода монгольского нашествия и начала владычества монголов[1].

Написанный по свежим следам первых встреч армян с монгольскими полчищами, труд этот содержит ценнейший материал по общественному строю монголов, их быту, нравам и даже внешнему облику и языку. Предлагаемый источник включает весьма ценные данные по истории монгольского завоевания и политической истории государства Хулагуидов. В книге имеются факты по политической истории не только Армении и всего Закавказья, но и стран Среднего Востока упомянутого периода. Это вызывало и продолжает вызывать к труду Киракоса Гандзакеци интерес востоковедов-медиевистов. Все исследователи, занимавшиеся историей монголов или покоренных ими народов, так или иначе обращались к материалам армянского историка. В трудах русских ученых нередко подчеркивалось значение армянских источников в разработке золотоордынской проблематики[2], привлекались сведения Киракоса Гандзакеци.

И хотя сочинению армянского историка трудно соперничать с монгольскими, персидскими, арабскими и другими авторами, такими, например, как Рашид ад-Дин или Джувейни, труды которых и на сегодняшний день считаются непревзойденными источниками по истории монголов и ряда подвластных им стран на Среднем Востоке, книга Киракоса Гандзакеци может быть полезна не только арменоведу, но и востоковеду более широкого профиля. И как подчеркивают специалисты, «нахождение новых данных возможно и тут» (имеются в виду китайские и армянские источники. — Л. Х. )[3].

Предлагаемый источник может сыграть немаловажную роль для подтверждения, дополнения, а порой и уточнения данных персидских, арабских и других историков, тем более что сочинения последних зачастую отражают официозную точку зрения и не всегда объективно излагают исторические события, особенно если авторы в свое время пользовались поддержкой монгольских правителей либо находились у них на службе[4].

В армянской историографии период монгольского вторжения и владычества представлен довольно большим списком трудов. Не говоря о мелких хрониках[5] и памятных записях рукописей[6], являющихся ценным историческим источником, сохранились труды Вардана Великого, Григора Акнерци[7], Смбата Гундстабля, Мхитара Айриванеци, Степаноса Орбеляна, отношение которых к монголам различно. Киракос Гандзакеци является ярким представителем тех историков, которые относились к татаро-монголам резко отрицательно[8]. Труд Киракоса Гандзакеци проникнут ненавистью к завоевателям, навязавшим его стране иго, которое «не только давило», но и «оскорбляло и иссушало самую душу народа, ставшего его жертвой»[9].

* * *

Создавая свою книгу, Киракос Гандзакеци использовал документы религиозного и богословского содержания, образцы житийной литературы, священное писание и различные церковно-канонические грамоты; он пользовался также данными историков христианской церкви вообще (как, например, Евсевия Кесарийского, Сократа Схоласта), а также авторитетных деятелей армянской церкви. Из исторических трудов, послуживших источником для Киракоса Гандзакеци, исследователи упоминают в первую очередь сочинения Мовсеса Каганкатваци и Самуэла Анеци, а через последнего и Иованнеса Саркавага. К ним следует причислить и не дошедшее до нас сочинение вардапета Ванакана. Помимо этих работ Киракос хорошо знал сочинения почти всех армянских историков — как древних, так и средневековых. Наш автор черпал материал также из лапидарных надписей, различного рода сказаний, преданий и рассказов очевидцев.

Труд Киракоса пользовался среди современников большой известностью и, в свою очередь, послужил источником для ряда других исторических сочинений. К ним исследователи относят работы известных историков того времени Вардана Великого и Мхитара Айриванеци[10]. Помимо материала, относящегося к историческим событиям непосредственно той эпохи, в труде заключено множество сведений из истории армянского, грузинского и других народов и их взаимоотношений, борьбы армянской церкви против влияния иных исповеданий.

Перейти на страницу:

Все книги серии Памятники письменности Востока

Самгук саги Т.1. Летописи Силла
Самгук саги Т.1. Летописи Силла

Настоящий том содержит первую часть научного комментированного перевода на русский язык самого раннего из сохранившихся корейских памятников — летописного свода «Исторические записи трех государств» («Самкук саги» / «Самгук саги», 1145 г.), созданного основоположником корейской историографии Ким Бусиком. Памятник охватывает почти тысячелетний период истории Кореи (с I в. до н.э. до IX в.). В первом томе русского издания опубликованы «Летописи Силла» (12 книг), «Послание Ким Бусика вану при подношении Исторических записей трех государств», статья М. Н. Пака «Летописи Силла и вопросы социально-экономической истории Кореи», комментарии, приложения и факсимиле текста на ханмуне, ныне хранящегося в Рукописном отделе Санкт-Петербургского филиала Института востоковедения РАН (М, 1959). Второй том, в который включены «Летописи Когурё», «Летописи Пэкче» и «Хронологические таблицы», был издан в 1995 г. Готовится к печати завершающий том («Описания» и «Биографии»).Публикацией этого тома в 1959 г. открылась научная серия «Памятники литературы народов Востока», впоследствии известная в востоковедческом мире как «Памятники письменности Востока».(Файл без таблиц и оригинального текста)

Ким Бусик

Древневосточная литература
Самгук саги Т.2. Летописи Когурё. Летописи Пэкче
Самгук саги Т.2. Летописи Когурё. Летописи Пэкче

Предлагаемая читателю работа является продолжением публикации самого раннего из сохранившихся памятников корейской историографии — Самгук саги (Самкук саги, «Исторические записи трех государств»), составленного и изданного в 1145 г. придворным историографом государства Коре Ким Бусиком. После выхода в свет в 1959 г. первого тома русского издания этого памятника в серии «Памятники литературы народов Востока» прошло уже тридцать лет — период, который был отмечен значительным ростом научных исследований советских ученых в области корееведения вообще и истории Кореи раннего периода в особенности. Появились не только такие обобщающие труды, как двухтомная коллективная «История Кореи», но и специальные монографии и исследования, посвященные важным проблемам ранней истории Кореи — вопросам этногенеза и этнической истории корейского народа (Р.Ш. Джарылгасиновой и Ю.В. Ионовой), роли археологических источников для понимания древнейшей и древней истории Кореи (академика А.П. Окладникова, Ю.М. Бутина, М.В. Воробьева и др.), проблемам мифологии и духовной культуры ранней Кореи (Л.Р. Концевича, М.И. Никитиной и А.Ф. Троцевич), а также истории искусства (О.Н. Глухаревой) и т.д. Хотелось бы думать, что начало публикации на русском языке основного письменного источника по ранней истории Кореи — Самгук саги Ким Бусика — в какой-то степени способствовало возникновению интереса и внимания к проблемам истории Кореи этого периода.(Файл без таблиц и оригинального текста)

Ким Бусик

Древневосточная литература

Похожие книги

100 великих интриг
100 великих интриг

Нередко политические интриги становятся главными двигателями истории. Заговоры, покушения, провокации, аресты, казни, бунты и военные перевороты – все эти события могут составлять только часть одной, хитро спланированной, интриги, начинавшейся с короткой записки, вовремя произнесенной фразы или многозначительного молчания во время важной беседы царствующих особ и закончившейся грандиозным сломом целой эпохи.Суд над Сократом, заговор Катилины, Цезарь и Клеопатра, интриги Мессалины, мрачная слава Старца Горы, заговор Пацци, Варфоломеевская ночь, убийство Валленштейна, таинственная смерть Людвига Баварского, загадки Нюрнбергского процесса… Об этом и многом другом рассказывает очередная книга серии.

Виктор Николаевич Еремин

Биографии и Мемуары / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
1917 год. Распад
1917 год. Распад

Фундаментальный труд российского историка О. Р. Айрапетова об участии Российской империи в Первой мировой войне является попыткой объединить анализ внешней, военной, внутренней и экономической политики Российской империи в 1914–1917 годов (до Февральской революции 1917 г.) с учетом предвоенного периода, особенности которого предопределили развитие и формы внешне– и внутриполитических конфликтов в погибшей в 1917 году стране.В четвертом, заключительном томе "1917. Распад" повествуется о взаимосвязи военных и революционных событий в России начала XX века, анализируются результаты свержения монархии и прихода к власти большевиков, повлиявшие на исход и последствия войны.

Олег Рудольфович Айрапетов

Военная документалистика и аналитика / История / Военная документалистика / Образование и наука / Документальное
Масса и власть
Масса и власть

«Масса и власть» (1960) — крупнейшее сочинение Э. Канетти, над которым он работал в течение тридцати лет. В определенном смысле оно продолжает труды французского врача и социолога Густава Лебона «Психология масс» и испанского философа Хосе Ортега-и-Гассета «Восстание масс», исследующие социальные, психологические, политические и философские аспекты поведения и роли масс в функционировании общества. Однако, в отличие от этих авторов, Э. Канетти рассматривал проблему массы в ее диалектической взаимосвязи и обусловленности с проблемой власти. В этом смысле сочинение Канетти имеет гораздо больше точек соприкосновения с исследованием Зигмунда Фрейда «Психология масс и анализ Я», в котором ученый обращает внимание на роль вождя в формировании массы и поступательный процесс отождествления большой группой людей своего Я с образом лидера. Однако в отличие от З. Фрейда, главным образом исследующего действие психического механизма в отдельной личности, обусловливающее ее «растворение» в массе, Канетти прежде всего интересует проблема функционирования власти и поведения масс как своеобразных, извечно повторяющихся примитивных форм защиты от смерти, в равной мере постоянно довлеющей как над власть имущими, так и людьми, объединенными в массе.

Элиас Канетти

История / Обществознание, социология / Политика / Образование и наука