Читаем Истории московских улиц полностью

Н.М.Карамзин, вспоминая Москву екатерининских времен, вступает в полемику с императрицей. "Со времен Екатерины Великой, - пишет он, - Москва прослыла республикою. Там, без сомнения, более свободы, но не в мыслях, а в жизни; более разговоров, толков о делах общественных, нежели здесь в Петербурге, где мы развлекаемся двором, обязанностями службы, исканиями, личностями. Там более людей, которые живут для удовольствия, следственно, нередко скучают и рады всякому случаю поговорить с живостию, но весьма невинною. Здесь сцена, там зрители, здесь действуют, там судят, не всегда справедливо, но всегда с любовию к справедливости. Глас народа - глас Божий, а в Москве более народа, нежели в Петербурге.

Во время Екатерины доживали там век свой многие люди, знаменитые родом и чином, уважаемые двором и публикою. В домах их собиралось лучшее дворянство: слушали хозяина и пересказывали друг другу слова его. Сии почтенные старцы управляли образом мыслей".

О них пишет А.С.Грибоедов в "Горе от ума": "Что за тузы в Москве живут!.." Их вспоминает и А.С.Пушкин, заставший некоторых и любивший побеседовать с ними: "Некогда в Москве пребывало богатое неслужащее боярство, вельможи, оставившие двор, люди независимые, беспечные, страстные к безвредному злоречию и к дешевому хлебосольству".

В 1811 году, когда Ростопчин приобрел дом на Большой Лубянке, он проживал в Москве на положении отставного вельможи.

В прошлом - служба в Петербурге при дворе Екатерины II, затем при Павле I. При Павле I он фантастически возвысился и разбогател: занимал должности кабинет-министра по иностранным делам, члена Императорского совета, Великого канцлера ордена Иоанна Иерусалимского и ряда других такого же высокого ранга, получил генеральский чин, титул графа Российской империи, много земель и крестьян. Но в последний год павловского царствования Ростопчин попал в опалу - и оказался в Москве.

В яркой череде московского "неслужащего боярства", представляющей собою галерею замечательных личностей, оригиналов и чудаков, Ростопчин занимал одно из первых мест. Почти все мемуаристы, писавшие о Москве того времени, упоминают его в своих сочинениях.

Ростопчин был тогда отнюдь не "старцем", о каких пишет Карамзин, но полным сил и энергии сорокалетним мужчиной и принимал самое деятельное участие в светской жизни Москвы. Он принадлежал к самому высшему аристократическому кругу, к кругу тех лиц, о которых читаем на страницах "Горя от ума" и "Войны и мира". "Я часто видела его у Архаровых, вспоминает Е.П.Янькова, - где он проводил целые вечера. Он был довольно высок ростом, мужественен, но лицом очень некрасив... Но как по лицу он был некрасив, так по всей наружности было что-то очень важное, приветливое и отменно благородное". Кроме того, он был остроумен и находчив. "Разговор его был всегда оригинален и занимателен, - пишет о нем М.А.Дмитриев. - Это был один из тех умных людей, которые умеют сказать что-нибудь интересное даже и о погоде".

Притом "он, - пишет о Ростопчине П.А.Вя-земский, - был коренной русский истый москвич". Это значило, что он, как истый москвич, при всем своем аристократизме не был чужд простонародной жизни. Подобно графу Алексею Григорьевичу Орлову, на гулянье под Девичьим Ростопчин выходил на кулачный бой с известными бойцами. С.Н.Глинка рассказывал, что Ростопчин "твердо знал коренную русскую речь и все прибаутки, но знал и все ухватки и все выпляски, все запевания удалых голосов по шинкам окрестным. Рассылая своих чиновников, он каждому говорил: в таком-то месте такой запевало, а там такой-то скоморох и наперечет высказывал приемы их...".

Карьера Ростопчина с юности складывалась удачно. Сын средней руки помещика из незнатного, но старого дворянства (его предок - крымский хан выехал в Москву при великом князе Василии Ивановиче в начале ХV века), он родился в Москве, рос в деревне, его воспитателями и учителями были гувернеры-иностранцы, местный священник отец Петр и нянюшка Герасимовна, почему он знал иностранные языки и великолепно свой родной, русский. Для завершения образования отец отправил его в путешествие по Германии, Голландии, Англии.

Ростопчин с детства был записан в Преображенский полк и по возвращении из-за границы явился на службу. Героем и образцом для него был А.В.Суворов. Ростопчин добился назначения в действующую армию (тогда шла русско-турецкая война). Два года служил под командой великого полководца, добровольцем участвовал в штурме Очакова. Впоследствии, до кончины Суворова, между ними сохранялись теплые и доверительные отношения.