Читаем Истоки. Авансы и долги полностью

Однако что тут началось! В отделе транспорта Госплана я взял пачку протестов. Это буквально крики ведомственных душ. Руководство Главтюменнефтегаза телеграфирует: «Все объединения главка находятся от поставщиков железобетона на расстоянии свыше 800 километров». Все! Вот какие связи сложились… А дальше угрозы: не отмените, мол, ваше решение, будет сорвана программа строительства в важнейшем нефтяном районе. Таких протестов десятки. Послушать, к примеру, заместителя министра промышленного строительства Украины В. Гусева, так мир рухнет, если прекратятся перевозки сборных конструкций с Украины на Дальний Восток, в зону БАМа.

И ведь речь не идет о каких-то необыкновенных изделиях. Нет, о самых массовых, ибо специфические конструкции и впредь разрешено возить на любые расстояния. Этим пунктом новых правил воспользовался заместитель министра угольной промышленности Е. Кроль. Он не стал спорить против введенного ограничения. Просто в перечень исключений, то есть особых конструкций, которые у соседей не выменяешь, замминистра включил… все самые ходовые изделия, какие сейчас перевозятся по команде Минуглепрома: плиты перекрытий, перемычки, дорожные плиты, фундаментные блоки, лестничные марши и площадки.

По команде министерства возят сборные конструкции из Воркуты — куда бы вы думали? — аж на юго-восток Якутии.

Мне доводилось бывать в концевых точках маршрута. Сырье для производства железобетона, в общем-то, дешево, ценится в основном труд. А в заполярной Воркуте труд исключительно дорог: здесь установлен районный коэффициент к зарплате и северные надбавки. Значит, конструкции становятся «золотыми» еще до перевозки.

Заглянем теперь на станцию назначения. В Южной Якутии Минуглепром строит мощный угольный разрез и новый город Нерюнгри. По последнему проекту, дело обойдется примерно в три миллиарда рублей, в том числе почти два миллиарда падает на строительно-монтажные работы. Не надо быть специалистом, чтобы понять: создать в необжитом отдаленном краю такой колоссальный комплекс немыслимо без солидной базы строительной индустрии. Между тем в архивах Минуглепрома мне удалось сыскать два удивительных документа. В марте 1974 года заместитель министра В. Белый утвердил протокол, согласно которому в производственную базу будущей стройки надо было вложить 80,5 миллиона рублей. Видимо, эта сумма показалась чрезмерной, и в июне 1974 года тот же В. Белый, подписывая задание на проектирование базы, обязал проектантов уложиться в 65 миллионов рублей. Насколько обоснованными были эти ответственные решения? Жизнь не обманешь, она все расставила по своим местам. По теперешним проектам, стоимость базы достигнет почти полумиллиарда рублей. Я попросил заместителя министра объяснить этот просчет.

— А мы и не намеревались создавать базу на весь объем работ, — уверенно ответил Владимир Васильевич. — Иначе строители провозились бы с нею и не осталось бы времени на основные объекты. Чтобы сберечь время, лучше доставлять материалы из других районов.

Как видите, и доставляют.

А в скором будущем навстречу потоку конструкций, следующих в Якутию, в обратном направлении пойдут точно такие же изделия. Узнал я об этом из статьи начальника управления «Нерюнгригрэсстрой» В. Каменева в местной газете «Индустрия Севера». Это управление подчинено Минэнерго и наряду с «Якутуглестроем» участвует в создании Южно-Якутского комплекса, а именно строит крупную электростанцию. Участвовать-то участвует, но, как видно из статьи, знать не желает соседа, а равно и общих интересов региона.

Районная электростанция сооружается в 13 километрах от будущего Нерюнгри. Однако энергетики не намерены жить в нем, они форсируют строительство временного поселка Серебряный Бор рядом с ГРЭС. «Без собственной базы, — пишет В. Каменев, — нам трудно будет развивать крупнопанельное домостроение, то есть наиболее эффективно решать проблему жилья. В Минэнерго рассматривается вопрос о сооружении в поселке Серебряный Бор домостроительного завода с вводом в эксплуатацию в 1981 году».

И это несмотря на то, что первый секретарь Якутского обкома партии Г. Чиряев несколько раз выступал в центральной печати, доказывая: незачем угольщикам и энергетикам возводить рядом два домостроительных комбината, надо создавать один крупный на паях. Вроде бы все решили, и вот — заворотя, да в те же ворота — влезла ведомственность.

Начальник «Нерюнгригрэсстроя», автор сразившей меня наповал статьи, во время личной встречи объяснил мне позицию своего ведомства. По его словам, энергетики вовсе не против кооперации. В начале строительства заместители министров угольной промышленности и энергетики в совместном протоколе зафиксировали намерение создать общую производственную базу, оговорили долевое участие в расходах, дележку будущей продукции. Но сроки минули, а делить нечего: угольщики ничего не построили. Вот и приходится закладывать собственный домостроительный комбинат.