Пока они ехали до здания аэропорта, продолжали весело болтать о пиве.

Потом был формальный паспортный контроль, такие же таможенные формальности.

Когда они миновали таможенников, попутчик выронил из кармана ключи и кошелек.

— Подержите мой кейс, — попросил он Бориса.

— Вон, видишь, кому передали кейс, — сказал Тарасов, не поворачиваясь к Авиле, назначенному Китайцем в Праге смотрящим.

— Вижу.

— Начинайте. И помните, мне нужны только деньги и документы. Времени у него мало, нужно, чтобы он пошел на криминал.

— Сделаем.

Борис протянул кейс своему попутчику, и тот немедленно исчез, растворился среди встречающих, зевак и пассажиров. Ушел он стремительно и бесследно, и это заставило Кондрашова насторожиться. Слишком долго в своей жизни он мотался по африканским аэропортам, в которых жила неосознанная опасность. Спокойно. Надо выбираться из толпы. Но внезапно его сжали со всех сторон какие-то люди, явно не похожие на пассажиров и встречающих. И он почувствовал чью-то руку, ползущую под куртку к внутреннему карману.

Он схватил эту руку, вывернул. Увидел черноволосую цыганистую рожу и ударил локтем в подбородок карманника.

Тот охнул и осел. Второго, справа, Борис подсек ногой, и здоровенный парень в замшевой куртке рухнул на пол.

Борис перешагнул через него и повернулся. Трое каких-то хмырей, похожих на цыган, медленно отступали к кассе обмена валюты.

— Харэ, ромалы, — сказал Борис и не оглядываясь пошел к выходу.

— Вот сука, — одобрительно покачал головой Авила. — Классный парень, Алексей Владимирович.

— Да, молодец, и по-цыгански говорит. Ну просто герой.

— Вводим в действие вариант два, — засмеялся Авила. — Только теперь людей надо заменить. Парень этот слишком матерый.

А двести долларов у него все-таки украли.

«Вот артисты, — подивился Борис, — кошелек из заднего кармана уперли». В нем было двести баксов, может, чуть больше, мелкими купюрами, на непредвиденные расходы. Конечно, Прага славится своими карманниками-цыганами, но… Вот именно — но. Сначала ему передали кейс, потом попутчик исчез, потом его взяли «на плечо».

Значит, кто-то пасет его специально. Именно его, и цыгане эти хотели украсть у него документы, ну и бабки, конечно. Но главное — документы. Они хотели остановить его бескровно. Значит, надо ожидать гостей в гостинице.

В автобусе он сел рядом с Лобановым.

— Меня в «коробочку» берут, полковник.

— Видел. Неужели утечка?

— Возможно. Надо срочно шефу сообщить, и номер еще нужен отдельный.

— Думаешь?

— Чувствую.

— Ладно.

Гостиница «Луна», бывшее общежитие советских специалистов, находилась в новом районе на окраине Праги. Завяжи человеку глаза и сними повязку на безликих улицах нового района, он подумает, что попал не в Прагу, а в Дегунино или Матвеевское. Социалистический архитектурный стиль, как метастазы, расползся по Восточной Европе. Безликость его угнетала. Но было в нем и одно большое преимущество. Новые районы строили быстро и недорого.

Но пока люди не вспоминали об этом. Забыли, как переселялись из старых клоповников с печным отоплением в квартиры со всеми удобствами. Сейчас они осуждали все то, что делалось при социализме. Одинаково не воспринимая ни хорошее, ни плохое. Пройдут годы, и люди поймут, что в их прошлом было что-то и хорошее. Но для этого нужно время.

Борис Кондрашов стоял у входа в гостиницу «Луна», и ему тоже казалось, что он в Дегунине или Матвеевском. Прага угадывалась вдали, в мареве огней, и они были недоступны, как звезды над головой.

Москва. Борис Китаин по прозвищу Китаец

Телефонный звонок Тарасова застал его в офисе. Китаин внимательно выслушал доклад своего советника.

Ну что ж. Он ожидал этого. Новожилов не такой фраер, чтобы послать по такому делу лопуха. Конечно, поехал человек подготовленный, и взять его «на плечо» в аэропорту не удалось.

Ничего, до Амстердама дорога длинная. Успеют его ребята.

— В гостинице, Алексей, его не тревожьте, а вот на границе попробуйте. Я сделаю, чтобы немцы устроили им выборочную проверку. Понял?

— Понял. — Тарасов засмеялся.

— Как тебе в Европе?

— Неплохо.

— А как Авилов?

— Классный парень.

— Вот и хорошо, что вы сошлись. Вам теперь предстоит работать вместе.

— Не понял.

— Частенько придется приезжать тебе, Леша, в Прагу. Туда за сладкой жизнью потянулись наши сраные политики. Нужно будет с ними поработать. Усвоил?

— Конечно.

— Жду звонка. — Китаин повесил трубку.

Вот все и сложилось, карты перетасованы, играть надо. Вовремя он поддержал Лешу Тарасова. Светлая голова. Мастер интриги. Жаль, что его нет сегодня, неплохое мероприятие намечается.

Борис Васильевич посмотрел на часы. Время детское. Вполне можно съездить в баньку с Деятелем. Под этой кличкой у него проходил один из самых шустрых молодых демократов-реформаторов. Паренек вороватый и жадный до денег.

Как быстро эти пацаны, внесенные во власть на гребне нынешней мутной волны, вошли во вкус денег. Ведь еще несколько лет назад, в Ленинграде, этот да и подобные ему ребята покупку кожаной куртки считали событием. А сейчас их многотысячными подношениями не удивишь.