Читаем Исследователь планет полностью

Но даже с учетом всего вот этого "нечеловеческого" и чертового хвоста, на который Сергей дал себе установку не обращать внимания и реально практически не обращал, он видел перед собой обычную молодую девушку. Ну, не совсем "обычную", но девушку, у которой просто тараканы в голове не той системы.

***

А облака тут красивые — теперь Сергей с Волансой смотрели на них сверху. Атмосферник забрался на девяносто километров — почти космос, но двигатель все же не был приспособлен для вывода туда техники, а плотности воздуха уже не хватало, чтобы держать такую махину, и они заскользили в обратную сторону сначала в пике, а потом выбрались на пологую линию, плавно переходящую в горизонталь. Аппарат хорошо себя показывал в таких условиях. Снизу плыли белые облака, вокруг — яркая синева, наверху растворяющаяся в черноте. Но чем ниже они опускались, тем светлее становилась темнота космоса, пока совсем не пропала.

Воланса смотрела на все с восторгом. Именно так она определила свое состояние. Это когда внутри скручена энергия, хочется прыгать, размахивать руками и что-то кричать. Вот такое она сейчас хотела делать, но в Птице для этого не было места. Для восторга были причины, как считала девушка. Никакой махокрыл не заберется на такую высоту, и вряд ли кто из мутов видел мир с этого ракурса! Ей просто хотелось зарыться в те белые облака, полежать на них. Вот только можно ли?

— Можно на них полежать? — Спросила она у Повелителя, показывая на белое море под ними. Изнутри ее просто распирала какая-то сила, а все тело стало подергиваться, желая как-то выплеснуть эту энергию. Из-за этого и голос ее непривычно завибрировал, изменив тональность.

— К сожалению, это невозможно, — грустно улыбнулся Сергей, — сам бы с удовольствием повалялся на них, но они по сути — просто влажный воздух.

Тут он обратил внимание на то, что Воланса как-то странно оглядывается, она вдруг стала крутиться на месте, руками трогать окна, потолок. Сбивало с толку только то, что на ее лице была улыбка. Кривоватая, правда, но все-таки.

— Что случилось? — Спросил он, с беспокойством глядя на нее.

— Мне надо… — Воланса оглянулась назад, вперед, — не знаю что, но мне что-то надо…

Тут взгляд девушки остановился на Сергее, и он заметил, что зрачки ее глаз максимально расширились, затопив всю роговицу. В данный момент они точь-в-точь повторяли яркую голубизну неба, и это было очень красиво, но немного пугало.

— Покажи мне свою статику! — почти прохрипела она, царапая ногтями скаф на его руке. Сергей не знал, что и делать, но Воланса видимо совсем потеряла голову, по крайней мере, уже ее глаза, не зрачки, а именно глаза чуть чуть увеличились — он это точно отметил, тем более, что и УНИК отреагировал, а девушка стала еще больше походить на ту, что он тогда нарисовал, то есть Волансу с чуть большими глазами. Вот сейчас он видел практически тот же самый рисунок, только вживую.

— А! Ладно, не надо! — Вдруг пробормотала она и каким-то естественным движением, как будто миллион раз отрабатывала его, стукнула кулаком по пластине на груди, расстегивающей страховку. А потом просто перелезла к Сергею на колени, благо места тут было достаточно, прижалась к нему телом и уткнулась лицом ему в шею. Сергей почувствовал, как ее губы и язык буквально впились в его кожу. Воланса как-то вдруг выгнулась, потом резко выдохнула через нос, расслабилась и замерла, засопев у землянина под ухом.

Снова, как в тот раз, живая растительность на ее теле взрывообразно раздалась в стороны, а потом утрамбовалась обратно до размеров ее тела.

Сергей давно уже перевел атмосферник на автоматику, а то покувыркались бы они тут с такими приколами, может и до земли. Хоть он и был ошарашен поведением девушки, но голову, конечно, не терял. Любое враждебное ее движение в отношении него могло быть купировано десятком способов. Даже в такой непосредственной близости. Но он пока об этом особо не думал. Просто такие предусмотренные заранее вещи позволяли ему действовать и вести себя естественно, как он хочет, не оглядываясь на возможные инопланетные угрозы. То есть, по-человечески, как хочется ему настоящему, а не ему-исследователю. Ну, в определенных рамках, конечно, но и рамки эти он сам устанавливал.

Левой рукой он приобнял девушку. Та сразу отреагировала — как-то даже не совсем естественно — очень гибко развернулась нижней частью тела, и обняла его ногами, скрестив их за спинкой кресла, а руки просунула ему за спину, еще сильнее прижавшись к нему. Шею его продолжали щекотать уже ленивые движения языка девушки и выдыхаемый ею воздух. Сергей мельком глянул на показания ее тела и хмыкнул — она дрыхнула! М-да… Дела…

Он погладил правой рукой ее волосы. Протер между пальцев, заметил, что они почти перестали переливаться синим цветом, а стали практически полностью черными. Красиво, конечно, но порой ему хотелось и подсвеченными волосами полюбоваться — на постоянку это раздражает, но иногда…

Хм… Ему показалось? Или нет?