Читаем Испытание выживанием полностью

Тесса закрыла глаза и стала прислушиваться. Наблюдать за тем, как Тесса пользовалась своим странным невидимым аппаратом слежения за зараженными, было жутко, как будто она ловила невидимые сигналы инопланетян.

– Что-нибудь слышно? – повторил озабоченный Кейн.

– Давайте делать ангелов! – закричала Хайдрун, плюхнулась в сугроб снега и энергично задвигала конечностями, рисуя крылья и робу.

– Дурун, твою мать!

– Да ты заколебала!

– Пристрелите ее уже кто-нибудь!

– Заткнулись все! – огрызнулся я, видя, как Тесса нахмурилась, пытаясь вычленить в этом гомоне искомые звуки зараженных.

Несколько минут мы не двигались и молчали посреди напряженной тишины, которую изредка разрывали карканья сорок и скрип голых замерзших деревьев на ветру.

– Я как будто слышу их, – прошептала Тесс с закрытыми глазами.

– Они что-то говорят? – спросил Кейн тоже шепотом.

– Это не слова… это больше похоже на … двойной стук.

Тесса вышла из контакта и посмотрела на Кейна:

– Похоже на волны. Вжух-вжух, вжух-вжух, – изобразила сестренка.

– Это их пульс. Ты слышишь их сердцебиение, – уверенно произнес Кейн.

И посмотрел на меня взглядом, полным удивления, мол, моя сестра на него ужаса наводит не меньше, чем на остальных. Месяц назад мы и понятия не имели, что можем подслушивать зараженных. Да мы даже не знали, что они способны общаться! Мы — мутированные формы вирусного организма – промежуточное звено между людьми и монстрами, налаживаем контакт между добычей и охотником, получив способности от двух противостоящих сторон.

– Там определенно есть тот, кто нам нужен.

Тесса указала направление пальцем, затянутым в толстую перчатку. Ребята подтянулись к нам и стали рассматривать белоснежный пейзаж леса.

– А где они? Я никого не вижу, – произнес Фабио, как всегда укутанный шарфами и шалями в несколько слоев.

Мы вглядывались по сторонам, но на фоне бело-серого пейзажа с искрящимся снегом, черными ветками, серыми стволами, сложно было вычленить тела.

Тогда перчатка Тессы уверенно указала нам на едва заметные белесые тела.

– Вон, вон, вон, вон, и вон там за тройным деревом дальше всех.

– Твою мать! Сколько их здесь?! – присвистнул Зелибоба.

Наконец и я стал различать их худющие силуэты посреди серых стволов деревьев: голые синюшно-белые деформированные человеческие тела стояли, вытянувшись лицами к небу, как если бы пытались учуять запахи пищи. Они спали с закрытыми глазами и лишь изредка покачивались в такт дуновениям ветра, который гулял между ними, как между деревьями – такими же мертвыми и статичными.

– Около двадцати только на этом пятачке. Где-то недалеко отсюда еще скопления. Вокруг нас. Везде.

Тесса показала нам карту на планшете, испещренную белыми точками. Я обеспокоенно взглянул на Тессу.

– Нам никогда не одолеть такое количество! – выдохнула Перчинка.

– Нам и не надо. У нас есть план. Он нас к этому и готовил, – холодно произнесла Тесс.

– Да, но обычно готовишься к худшему, а надеешься на лучшее. И обычно это всегда работает. А тут…

– Самое что ни на есть худшее, – закончила Перчинка фразу Ульриха.

Наш план как всегда не был шит белыми нитками. Он скорее волосами шит. По одному волосу на каждый разрез.

– Томас, изолируем вот эту территорию полностью, – Тесса водила пальцем по карте на планшете.

Мы собирались отделить центральную группу зараженных от остальных при помощи рабицы, что привезли с собой.

– Здесь шестнадцать особей, – констатировал Кейн.

– А что вот с этими тремя группами? – Перчинка указала на тех, кто был раскидан вне периметра охоты, но которые находились в непосредственной близости от нашего избранного пятачка.

– Вот здесь, здесь и здесь разместите приманки, – руководила Тесса.

Приманки – это пакеты с человеческой кровью из криоморозильника Кейна. Пока зараженные будут разделываться с приманками, мы должны успеть отобрать свою особь.

Ребята закивали.

«А какая из этих шестнадцати наша?» – спросил Миша.

– Начинайте ограждать, а я пойду выберу.

Мы разбрелись по задачам, Тесса отправилась в самую гущу спящих бывшелюдей.

Малик с девчонками ушли подвешивать приманки на деревья, а мы с ребятами стали разматывать рабицу. Она была почти три метра в высоту и наша задача состояла в том, чтобы оградить ею шестнадцать особей от остальных. Мы прибивали металлическую сетку гвоздями к стволам деревьев, создавая что-то вроде круглой беседки прямо посреди леса. Пока мы крепили рабицу, я наблюдал за тем, как Тесса ходила между зараженными, не тревожа их. Она останавливалась возле каждого, опять прислушивалась с закрытыми глазами и переходила к следующему.

– Вот этот, – уверенный голос Тесс громко прозвучал в наушнике.

Ничем непримечательный мужчина. Зараженные все очень похожи друг на друга: тощие, с натянутой гладкой кожей, здоровенные клыки из растянутой пасти и заточенные когти двадцать сантиметров в длину. Зараженных можно отличить по одежде. Наш был одет в остатки смокинга, даже бабочка сохранилась.

– Брюс! – сказала Хайдрун, увидевшая зараженного через камеру на шлеме Тесс.

– Чего? – не понял кто-то

– У него такой вид, будто его зовут Брюс.

– Ну, Брюс так Брюс, – Тесса пожала плечами.