Читаем Испытание ведьмой полностью

– Это пока, – вырвалось у меня неосознанно. Вот еще, руки о чужой деканат пачкать! Кому надо, тот пусть и взрывает, меня это не касается. Я не сегодня, так завтра точно на Ведовской вернусь… Правда, в голове сразу вспомнился рецепт нужного зелья…

Даже головой пришлось потрясти, чтобы согнать видение, в котором разлетался в щепки незнакомый кабинет…

– О, ну тогда ты точно останешься, нам такие нужны, – непонятно за что похвалил меня гоблин. – И да, отказную можешь рвать при мне, прямо тут, как все… Люблю это зрелище!

И он указал на усыпанный обрывками пол. Я презрительно скривилась.

– У каждого своя коллекция, – невинно пожал он плечами. – И мою попрошу не топтать!

Я демонстративно вытерла об его коллекцию свои грязные ботиночки, наблюдая, как зеленый цвет кожи гоблина меняется на пурпурный в крапинку.

Но сразу видно, что он давно этот пост занимает. Два глубоких вздоха, сложенные ладошки напротив груди, и злость его отпустила. А он заодно и меня решил отпустить. Точнее, избавиться.

– Дуй отсюда, у меня дел по горло, – внаглую соврал он, снова устраиваясь в кресле поудобнее и закидывая босые и не очень чистые ноги на стол.

– И каких же? – не удержалась я от вопроса.

– Тебя заселять, – равнодушно закинул он руки за голову и приготовился дальше украшать потолок своими плевками.

– Ах, так ты, плевун ушастый, от своих обязанностей комендантских отлынить решил! – догадалась я.

– Дуй, говорю, отсюда, – повторил гоблин.

Но ведьмочки лентяев бессовестных ох как не любят, поэтому докапываются.

– А проводить? А место жительства показать? А с правилами ознакомить? – исключительно для того, чтобы каждое из них с особой жестокостью нарушить, спросила я.

– Бедненькая, так ты заблудиться боишься? – сделал вид, что пожалел меня и не расслышал всего остального, комендант. – Тогда кротика возьми, он дорогу покажет.

Достал из ящика стола самого настоящего слепого и черного, но поразительно крупного крота и швырнул его в мою сторону.

Крот сделал сальто и, загребая лапками, ловко вошел в земляной пол, словно профессиональный пловец в воду. Через два шага вынырнул из ямки, разбросав вокруг землю, и оглянулся на меня, требуя идти следом за ним.

Я бросила последний преисполненный достоинства взгляд на ленивого гоблина и последовала за кротиком, который снова разрыл землю и выглядывал любопытным носиком уже из следующей норки.

Выйдя из-под защиты палатки под проливной дождь, я порадовалась наличию сумки, которую расположила у себя над головой. Избалованная метла тут же пристроилась рядом, тесно прижимаясь к теплому боку черенком и щекоча прутиками волосы. Вот ведь – деревяшка деревяшкой, а тоже комфорт любит…

– Веди меня, мой пушистый друг! – торжественно обратилась я к кротику. Он фыркнул и повел.

Сначала через сектор номер один, о чем сообщала огромная табличка: «Сектор 1. Ливень». Да, именно с этого сектора и началось мое знакомство с палаточным городком.

Затем, промокшая насквозь, я зашла на территорию сектора номер два.

«Сектор 2. Вьюга» гласила табличка. Мокрая одежда тот же час стала колом, дыхание перехватило, а ветер вперемешку со снегом сбивал с ног и валял меня в обнимку с метлой в глубоких сугробах.

До третьего сектора я дошла на чистом энтузиазме, представляя, как буду громить свою палатку. И надпись меня сначала даже обрадовала: «Сектор 3. Жара». Первые две минуты я согревалась и высыхала. Потом захотелось пить, потом захотелось в сектор номер два, потом захотелось кого-нибудь убить и сдохнуть.

«Сектор 4. Гроза» принес облегчение лишь до тех пор, пока молния не попала в меня, поставив волосы дыбом. Палатку свою я громить уже не собиралась… Я хотела ее уничтожить с особым цинизмом, а останки принести в деканат, заставив самого декана ползать передо мной на коленях и целовать подол обгоревшего платья.

О, а вот и мой сектор! Я кровожадно усмехнулась в предвкушении. «Сектор 5. Град». И за какие такие заслуги все самое хорошее мне достается? От болезненных ударов по нежной коже не спасала даже сумка над головой. Крот перестал показывать мордочку из-под земли, и ориентировалась я лишь на пропаханный в ней след. Наконец кротик остановился возле небольшой таблички с уже знакомыми мне огненными буквами.

«Градовый сектор. Десятое строение» – гласила надпись посреди пустого пятачка земли. И внизу мелким шрифтом: «Условия, максимально приближенные к полевым. Палатку ставьте самостоятельно». Это что, я зря шла? Да мне даже ломать нечего! А под столбиком с табличкой стояла упакованная в чехол палатка и несколько железных колышков. Высшая степень несправедливости!

Ругаясь во всю глотку, я обошла вокруг столбика с табличкой раза три, не веря своим глазам и поражаясь жестокой действительности, когда услышала сзади вежливое покашливание.

– Вы, должно быть, новенькая? – раздался приятный баритон. – Я могу помочь?