Читаем Испытание страстью полностью

И дело было не в том, что она могла бы стать чьей-нибудь любовницей, если бы даже у нее хватило на это отваги и бесшабашности. У нее не было никакого опыта флирта и обольщения. Она обещала это Тарли до их брака и не представляла даже, как можно ухитриться иметь тайную любовную связь. А сколько таких связей случалось в укрытии беседки? И сколько тайных любовников проходило мимо друг друга на балах и вечерах, не подавая вида, не позволяя себе даже улыбнуться и никак не проявляя своих чувств? Как могли такие взаимоотношения быть чем-либо иным, кроме как дешевой интрижкой? Джесс считала, что такой опыт бездумных и беспечных отношений опошляет и обесценивает чувства.

Тем временем топот ног и команды, отдаваемые лающим тоном и доносившиеся из коридора, насторожили ее, и она решила, что там происходит нечто необычное и вызывающее тревогу. Послышался такой звук, будто по палубе катили нечто тяжелое, и это обеспокоило ее еще больше.

— Это пушки? — спросила Бет, и глаза ее округлились.

Джессика встала.

— Оставайся здесь.

Она открыла дверь каюты и заметила, что на корабле царит хаос. Все коридоры были заполнены моряками, толкавшими друг друга, потому что одни из них пытались подняться на палубу, а другие спуститься.

Она спросила, пытаясь перекричать шум:

— Что происходит?

И получила ответ:

— Пираты, миледи.

— Господи! — пробормотала Бет, пытавшаяся разглядеть что-то через плечо хозяйки.

— Капитан заверил меня, что никогда еще ни один корабль под его командованием не был атакован пиратами и взят на абордаж.

— Тогда почему поднялась такая паника?

— Готовность встретить опасность не признак поражения или страха, — заметила Джесс. — Разве тебе бы хотелось, чтобы пираты заметили нежелание сражаться и неспособность отразить нападение?

— Я бы предпочла, чтобы они вообще нас не заметили.

Джессика указала знаком на ящик с кларетом:

— Выпей-ка. Я скоро вернусь.

Протискиваясь через толпу моряков, скопившихся в проходе, Джесс двигалась вперед вместе с остальными, кто старался выбраться наверх, пока не оказалась на палубе. Она поворачивалась, пытаясь разглядеть другой корабль, но не увидела ничего, кроме моря.

Однако у руля «Ахерона» ей открылось зрелище, от которого у нее захватило дух, — корабль вел Алистер, сам похожий на пирата. Без сюртука и жилета, с саблей на боку, он стоял на шканцах, широко расставив ноги.

Она не могла отвести глаз от его стройной поджарой фигуры, от сильных бедер.

Ветер развевал его темные волосы и рябью пробегал по широким засученным рукавам рубашки. От его бесшабашного вида сердце у нее зачастило.

Маневрируя на вздымавшейся палубе, Джесс все-таки добралась до него, но к этому моменту почти задыхалась. Он увидел ее и схватил за запястье, когда она приблизилась, затем рванул к себе.

— Здесь слишком опасно.

Каким-то образом его голос перекрывал царящий здесь шум, хотя он не кричал.

— Ступайте вниз и оставайтесь там. Держитесь подальше от иллюминаторов.

Бросив снова взгляд на гладь океана, Джесс воскликнула:

— Я не вижу никаких пиратов. Где они?

Прежде чем она сообразила, что происходит, Алистер потянул ее и поставил впереди себя. Она оказалась между рулевым колесом и его телом.

— Что вы делаете?

Он говорил, почти прижавшись губами к ее левому уху:

— Раз вы выразили желание побеседовать со мной в столь рискованных обстоятельствах, я должен защитить вас.

— В этом нет необходимости. Я сейчас пойду…

Внезапный грохот застиг ее врасплох, и Джесс подпрыгнула от неожиданности. Мгновением позже пушечное ядро ударило в воду за их спинами, и фонтан воды взметнулся высоко в воздух.

— Слишком поздно.

Спиной она чувствовала его жесткое, как камень, но теплое тело.

— Не могу рисковать вами.

Она чувствовала ухом каждый его вдох, и от этого по спине ее побежали мурашки.

Казалось невероятным, что на виду у столь многочисленных чужих мужчин она могла испытывать возбуждение. Однако невозможно было отрицать то, что отвердели, а потом и заболели ее соски, как ей показалось, от неожиданно холодного ветра, развевавшего ее муслиновое платье.

Рука Алистера еще крепче прижала ее к себе. Ее груди оказались на его предплечье. Спиной она ощутила его физическую реакцию на нее.

Теперь от Алистера Колфилда, известного шалопая, беспечно отвергающего устои светского общества, ее отделяли всего несколько слоев ткани. А Джесс желала, чтобы их не разделяло ничто. Ей хотелось почувствовать рядом с собой крупное мощное тело, более того, ей хотелось, чтобы он оказался не только рядом, но и внутри ее…

Год одиночества — и этого оказалось достаточно, чтобы красивый склонный к флирту мужчина превратил ее в распутницу.