Читаем Испытай меня (ЛП) полностью

— Практически ничего, — прерывает он. — Я сказал ей, что приведу подругу по имени Сейдж на ужин. — Холт подходит снова к островку, ближе к нам. — Моя любопытная мама пытается вложить в это куда больше смысла, чем есть на самом деле. — Он посматривает на нее через кухонный островок, а она хохочет.

— Холт! — громогласный мужской голос наполняет комнату, когда мужчина проходит в кухню, подходит к Холту и жмет ему руку, а затем притягивает его в объятия. Дэн меня спас. Слава Богу.

— Дэн, как ты? — мужчины болтают, а позади них медленно плетется пес.

— Это Уинстон, — говорит Дженис, наклоняясь, чтобы погладить за длинными ушами короткошерстного пса.

Я обхожу островок к тому месту, где стоит Дженис.

— Холт говорил мне об Уинстоне. — Я наклоняюсь и поглаживаю подбородок собаки. Он тут же кладет свою вытянутую морду мне на колено. — Привет, приятель. — Я улыбаюсь и поглаживаю кончик его носа.

Дженис посмеивается.

— Он самый ленивый пес на свете, за что Дэн его и любит.

— Эй, я все слышу! — кричит Дэн через плечо.

Холт подходит к нам, лаская этого очаровательного бассет-хаунда.

— Дамы, дамы… дайте парню передышку, — шутит он с нами.

Дженис встает и хлопает Холта по руке, а затем идет мыть руки.

— Я приготовлю ужин. Холт, почему бы тебе не показать Сейдж дом?

— Простите, — говорит Дэн, подходя ко мне. — Может, я желаю познакомиться с этой прекрасной юной леди. — Он ухмыляется, когда тянет меня в объятия, как делала чуть ранее Дженис, и все смеются. — Ты, наверное, Сейдж. Так же прекрасна, как твое имя. Ты заполучил себе красотку, Холт.

Могу с уверенностью сказать, что Дэн — тот еще шутник, и он пытается поставить Холта в неудобное положение, поэтому я смеюсь с ним.

— Очень рад, что ты смогла к нам присоединиться, дорогая, — говорит он, отпуская меня. Дэн высок и худощав, у него седые волосы и темно-карие глаза.

Холт смотрит на меня и кивает в сторону двери. Я останавливаюсь, чтобы долить вина в свой бокал доверху, а Холт качает головой, прежде чем мы начинаем наш гранд-тур.

— Они очень милые, — говорю ему, пока он ведет меня через гостиную зону.

— Я попросил их создать комфортную атмосферу, — отвечает он, начиная подниматься по узкой лестнице.

— Все нормально. Вино помогает. — Я приподнимаю свой бокал в знак подтверждения.

Холт показывает мне впечатляющий особняк, и я в полнейшем восторге от его красоты. Белый поясок над карнизом выделяется на фоне нейтрально серых стен, а большие шторы акцентируют внимание на высоких окнах. Все выглядит потрясающе. Когда мы возвращаемся на кухню, Дженис уже практически закончила с ужином, а Дэн ожидает в столовой. Холт садится справа от Дэна, который сидит во главе стола, Дженис — прямо напротив Холта, а я сажусь рядом с ним.

Дженис превзошла саму себя, приготовив запеченного лосося, спаржу и домашний рифленый картофель. Мой живот урчит, когда Холт накладывает щедрую порцию каждого блюда на мою тарелку. Мы заводим непринужденную беседу за ужином, слушая истории Дэна, когда он был владельцем транспортной фирмы. У него были грузовые суда, на которых доставляли грузы через весь континент и обратно, и я могу точно сказать, что большую часть своей предпринимательской хватки Холт получил от Дэна.

Несмотря на их богатство, я восхищаюсь тем, какими приземленными и нормальными кажутся Дженис и Дэн, и могу сказать, что это послужило толчком тому, каким человеком сегодня стал Холт. Я улыбаюсь, когда наблюдаю, как втроем они обыденно и непринужденно общаются друг с другом. Во время еды мои нервы успокоились, и теперь я, наконец, могу сделать глубокий вдох и просто насладиться остатком вечера.

Когда все заканчивают кушать, я помогаю Дженис очистить тарелки и предлагаю помощь, чтобы помыть их, но она даже не хочет слушать об этом.

— Как вы познакомились с Холтом? — наконец, спрашивает она, отскабливая остатки с тарелки в мусорную корзину.

Я ополаскиваю посуду и складываю ее в раковину. Улыбаюсь ей и честно отвечаю:

— Мы работаем вместе.

Она поднимает на меня любопытный взгляд.

— Чем конкретно ты там занимаешься? Я всегда думала, что авиация — это чисто мужское поприще.

Я смеюсь.

— Вроде того, но вы будете удивлены, сколько сейчас там работает женщин. Авиационные инженеры, строящие самолеты, и женщины-пилоты. Но у меня степень дизайнера интерьеров. Меня наняли продавать и создавать все дополнительные дизайнерские детали для клиентов «Джексон-Гамильтон».

— Дизайн интерьера, — говорит она, ее глаза широко распахнуты. — Никогда бы не подумала, что это может касаться самолетов. Очень интересно.

— Верно, — отвечаю я. — Я заметила всю эту потрясающую работу, что вы проделали в своем доме. У вас тоже есть вкус в дизайне.

— О, это старый дом, — отмахивается она. — Была парочка вещей, которые я хотела оставить, но, в основном, здесь была полная переделка.

— Что ж, вы сохранили самые важные вещи, — говорю ей. — Двери, поясок над карнизом и деревянные полы. Все было замечательно реконструировано.

Она благодарно мне улыбается.

— Спасибо. Не многие это замечают. Так ты из Чикаго?