Читаем Исправленному верить полностью

– А они что, уже знают? – спросил Гидеон.

– Ну… Да, в общем. Знают, – нехотя согласился Бебье. – Видимо, у них разведка как-то сработала хорошо… Кто же знал, столько лет мирно жили…

Бебье спохватился, что сболтнул лишку, и принялся сгребать свои бумаги.

– В общем, вы меня поняли, – забубнил он, не поднимая глаз. – Халява закончилась, можете считать, что объявлено военное положение. При облетах Овау из поля зрения не выпускать. Также туда будут направлены морские патрули. Гидеон, ты сегодня последний летишь по старому графику. И еще: завтра начинаются учения и проверка готовности техники.

Бебье на минуту запнулся, все-таки оторвал взор от бумаг и оглядел собравшихся.

– И всем явиться к интенданту, получите нормальную форму, – добавил он. – А то выглядите, как какой-то сброд…

Бебье засунул пистолет в кобуру и спешно удалился в здание штаба.

Пилоты стали подниматься со стульев и собирать их. Новости привели всех в возбужденное состояние. Гидеон видел на лицах молодых пилотов радостное предвкушение – как же, после стольких лет однообразных патрульных полетов настоящее дело! Командиры звеньев, что были постарше, этих чувств не разделяли. Поэтому, когда молодняк рванул в сторону склада разведать на предмет формы, они остались курить под навесом. Гидеон присоединился к ним, но в основном молчал, вслушиваясь в разговоры:

– Видел, на Бебье лица не было?

– А чего удивляться, когда такое начинается.

– Черт, а у меня племянник в Рабауле с семьей уже десять лет живет!

– Эх, столько лет прожили спокойно – и нате…

– Да погоди ты, может, все еще обойдется!

– Ага, как же! Ты видел этого психа Менапи? Мой брат в секретариате генерал-губернатора работает. Так он мне кое-что про него рассказывал. У него знаешь какое влияние на Кадау? А Кадау и сам не без тараканов в голове. По всему кабинету расставлены нузунузу Варохунуки. И почти у всех морда самого Кадау вырезана.

– Да ладно, мало ли что там себе наш генерал-губернатор навоображал!

– Угу, только у него за основным кабинетом еще тайный есть. С капищем предков. И Спенсера, говорят, частенько видели туда входящим с Кадау.

– Слушай, точно! Бебье на дне рождения рассказывал, что у Спенсера в кабинете спутниковая карта висит, а на ней все цели в ПНГ помечены, словно он их бомбить собрался!

– Ему-то чем ПНГ насолила?

– Говорят, там до Моале главнокомандующим был какой-то хмырь, что вместе со Спенсером приплыл на «Форте Саттера». Они еще в Японии с ним какую-то медсестру не поделили…

– Бабкины сказки!

– Как знать…

– Ну все, хорош языками молоть. – Джозеф Аба затушил сигарету. – Болтовня ничего не изменит, а все мы понимаем, что ничего с той войны нам счастья принести не может. Идите, делами занимайтесь!

На Овау Гидеон де Нейру не нашел. Привязанный к пальме, в воде плавал надутый полиэтиленовый мешок с запиской, гласившей: «С датой пока не определились. Жду тебя в понедельник».

Гидеон долго думал, стоит ли ему меняться на дежурство в понедельник. В свете последних событий идея афишировать свое знакомство с пилотом ПНГ не казалась особо привлекательной. В местную сеть и газеты уже начала просачиваться информация о напряженности в отношениях с соседями, они запестрели «сенсационными» материалами на манер того, что пытался изложить Бебье. Вчера вечером сосед Гидеона, Лоусон Рагомо, рассказал, что его лодку около Фавро едва не потопил пограничный катер – Лоусон возвращался от тестя в Поропоро, будучи слегка подшофе, уснул прямо в лодке, и его отнесло на запад. Пограничники решили, что лодка плывет с Бугенвиля, и на окрики она не отзывалась. Лоусон чудом вовремя проснулся – капитан катера даже не собирался давать предупредительный залп.

А сегодня утром «Соломон стар» напечатала указ генерал-губернатора о введении ограничений на движение через границу с ПНГ.

В новой форме Гидеон чувствовал себя в кабине электроплана не особенно уютно. В ней он страшно потел, чесалась спина, а дурацкие ботинки, хранившиеся на складе, наверное, еще со времен войны, Гидеон вообще сбрасывал сразу, как садился в «Марлин». Сейчас они гремели подкованными подошвами под креслом при каждом маневре.

Море внизу во все время полета оставалось пустынным. Лишь изредка проплывали патрульные катера. Местная рыба, наверное, только диву давалась – что это за праздник такой ей устроили?

Овау звено Гидеона пролетало уже пятый раз.

– Гидеон, глянь-ка вниз, – раздался в наушниках голос Моффата Эгеты. – На острове кто-то есть!

На памятной Гидеону отмели плавал электроплан. Ни на минуту не приходилось сомневаться, кому он принадлежит, и Гидеон лишь подивился наглости де Нейры. Впрочем, нельзя сказать, что и сам он не подумывал о чем-то похожем – наклонившись, Гидеон запустил руку под кресло и нащупал увесистый сверток.

– На базу докладываем? – спросил Эгета.

– Нет, – после секундного колебания ответил Гидеон. – Моффат, будь другом, нарежьте пару кругов без меня. Мне надо вниз.

– Ты с ума сошел?