Читаем Исповедь царя Бориса полностью

Татарская конница не могла брать укрепления, поэтому султан направил в помощь Девлет-Гирею не раз успешно штурмовавшую европейские города и крепости двадцатитысячную турецкую армию, в том числе семь тысяч янычар и двести пушек. Были заранее назначены мурзы в пока ещё русские города и наместники в ещё не покоренные княжества. Османские купцы получили разрешение на беспошлинную торговлю в новых имперских владениях. Покорять русские земли собрались все мужчины Крыма и часть Ногайской орды!

Главным воеводою по отражению татарского нашествия царь назначил князя Михаила Воротынского, полк которого находился в Серпухове. В Коломне из толстых дубовых щитов, установленных на подводах, построили гуляй-город. В щитах сделали прорези для пищалей и пушек. В апреле, после пасхи, под Коломной царь Иван Васильевич лично произвёл смотр всех войск и окончательно утвердил план предстоящего сражения с татарами.

На этот раз наша разведка сработала хорошо. В этом набеге пропало основное преимущество татар — быстрота и подвижность конницы. Верблюды, пушки и пешие янычары сильно замедляли передвижение отрядов Девлет-Гирея. Мы знали, где, когда и какими силами идут на Русь татары. Оставалось только направить армию султана по нужной нам дороге в приготовленную западню.

В субботу 26 июля 1572 года Девлет-Гирей подошёл к Оке около Серпухова и увидел на другом берегу мощные укрепления и большое русское войско. Целый день грохотали пушки: татары и русские обстреливали друг друга, но ханскому войску, несмотря на все усилия, так и не удалось переправиться через реку.

Двое детей боярских, один из земского войска, другой — опричник, сознательно пошли на мучительную смерть. Они вроде как случайно попали в плен и под пытками рассказали татарскому хану о том, что ему противостоит на другом берегу Оки всё русское войско под командованием князя Михаила Воротынского. Зато немного вверх вдоль реки есть Сенькин брод, о котором мало кто знает, а потому его караулит небольшой отряд из двухсот бояр.

На самом же деле у князя Воротынского было в четыре раза меньше людей, чем у хана Девлет-Гирея. Хан послал ногайскую конницу проверить показания пленных. Переправившись через реку у Сенькина брода, ногаи легко разогнали боярский заслон и закрепились на другом берегу реки. Русские отряды не пытались их оттуда выбить, но хан не обратил на это обстоятельство никакого внимания. Он поверил, что наши мученики сказали ему правду, и что татарам противостоит всё огромное русское войско.

Девлет-Гирей решил обмануть Воротынского, связать его войско пушечным боем на берегах Оки, а тем временем захватить беззащитную, как он думал, Москву. Хан оставил в лагере на берегу Оки свой шатёр, весь обоз, пушки и пару тысяч воинов, которые должны были убеждать князя Воротынского, что татарское войско остаётся здесь.

В ночь на 28 июля Девлет-Гирей с основными силами переправился через реку у Сенькина брода. Этой же ночью ногайская конница поскакала к Москве и перекрыла все ведущие к городу дороги. Утром отряды Девлет-Гирея двинулись к русской столице, как мы и хотели, по Серпуховской дороге. Князь Воротынский тоже оставил небольшой отряд пушкарей, чтобы те продолжали перестреливаться через Оку с татарами, а сам со своим войском тайно двинулся следом за Девлет-Гиреем.

Татарскому войску долго никто не препятствовал двигаться по Серпуховской дороге, и только когда оно миновало деревню Молоди, что находится в пятидесяти вёрстах южнее Москвы, пятитысячный отряд опричников, возглавляемый опричным князем Дмитрием Хворостининым и земским князем Андреем Хованским, внезапно атаковал врага. Сначала он полностью уничтожил татарский арьергард, а затем врубился у реки Пахры в основные силы.

Изумившись подобной наглости, татары развернулись и бросились на небольшой русский отряд всеми своими силами. Опричники кинулись бежать. Враги гнались за ними до самой деревни Молоди, где неожиданно наткнулись на войско князя Воротынского, успевшее установить гуляй-город на близлежащем холме и выкопать вокруг него глубокий ров. Из щелей между щитами по татарской коннице ударили пушки и пищали, поверх укрепления хлынул ливень стрел. Дружный залп смёл передовые татарские отряды, а Хворостинин развернул своих воинов и снова ринулся в атаку.

Узнав о нападении на арьергард, Девлет-Гирей не рискнул идти дальше, имея на хвосте русское войско, и разбил лагерь в семи вёрстах южнее реки Пахры. Хан приказал уничтожить русское войско. Но это оказалось не так просто. Холм, на котором закрепились воины князя Воротынского, с трёх сторон был окружён речкой Рожайкой и впадающими в неё ручьями. Кроме того, восточный и южный склоны покрывали густой кустарник и редкий лес.