Читаем Исповедь Розабеллы полностью

-Не волнуйтесь, все в порядке, - голос матери Натальи был полон затаенной боли, которую она старательно пыталась скрыть, - я просто хотела попросить прощения...

Ее слова немало удивили меня. Я ожидала, что Катерина начнет кричать и биться в истерике, обвиняя меня во всех грехах, но она пришла попросить прощения.

Я должна была понять, что это удивительная женщина, судя по рассказам Максима.

-Не надо, пожалуйста. Вы не должны...

-Дайте мне досказать, прошу вас. Это очень важно для меня, - она нервно огляделась по сторонам и продолжила, - Наталья причинила вам и вашей семье много боли и принесла много горя. Я от ее имени умоляю вас о прощении.

Я на секунду прикрыла глаза, чтобы суметь собраться с мыслями и хриплым от напряжения голосом попросила:

-Давайте пройдем внутрь помещения. Там мы обо всем поговорим.

-Нет, извините, я не могу, - Катерина отрицательно покачала головой, от чего ее вуаль слегка приподнялась, приоткрывая бледные черты лица и искусанные до крови губы, - у меня самолет через час, боюсь не успеть. Я пришла сюда ради дочери, ведь эти похороны...

Ее тело слегка качнулось в сторону, и я поспешила схватить ее за локоть, не давая упасть.

-Может, все-таки пройдем внутрь. Я же вижу, что вам плохо, да и дождь моросит все сильнее и сильнее. Согреетесь и выпьете чего-нибудь.

-Нет, спасибо. Я, правда, не могу. – Катерина благодарно качнула головой и продолжила прерванную ранее речь, - Роза, я понимаю, что мои извинения не смогут вернуть вам утерянного счастья, но надеюсь, вы когда-нибудь сможете ее простить. Прошу вас, постарайтесь это сделать. Умоляю, дайте ей шанс уйти с чистой душой.

Эти слова, сказанные с такой болью в голосе, полоснули меня по сердцу, словно острым раскаленным ножом, но я не знала, что ответить. Как бы я ни хотела, моя душа не находила отклик на эту мольбу. Мольбу матери.

Мне было очень жалко эту женщину, и я хотела бы ее успокоить долгожданными словами, но у меня просто не было на это сил. Я слишком эгоистична, чтобы это сделать. Я слишком люблю Максима, чтобы решиться на этот шаг. Шаг к прощению и помилованию.

Может, когда-нибудь, но не сейчас.

Кажется, мои глаза сказали за меня мой ответ или Катерина не ждала от меня ничего большего, в любом случае, она только медленно кивнула и отвернулась, собираясь уходить...

Моя душа рвалась к невинной и любящей матери, а сердце желало обратного.

Усмирив себя и свои внутренние побуждения, я осталась стоять у могилы, лишь смотря вслед уходящей Катерины...

Было еще много дел, связанных с похоронами. И все нужно было успеть сделать одной, чтобы потом, наконец, пойти навстречу своей судьбе. Судьбе, ожидавшей меня совсем в другом мире.

Мире счастья и веселья, радости и смеха. Туда, где меня ждал Максим.

Открыв дверь в просторную спальню, я прошла вперед и остановилась около двуспальной кровати, устланной темными простынями.

Мои глаза вмиг выхватили лицо возлюбленного, скрытое плотным одеялом до самого подбородка.

Присев на край, я осторожно наклонилась вперед и пристальнее вгляделась в любимую мордашку.

У него такое спокойное и умиротворенное лицо, когда он спит. Так и хочется потискать.

Негромко рассмеявшись этому приливу радостных чувств, я протянула руку и нежным жестом провела ею по его щеке. Недавно брился. Вот проказник! Я же попросила дождаться меня.

-Максим, родной мой, просыпайся. Я вернулась.

Он явно услышал мои слова, я это точно знаю. Притворюга.

Хочет продлить удовольствие и понежиться в постели. Словно маленький мальчик. Наверняка, его утомил Стас, который покинул дом только час назад, с мамой. Брат, Слава Богу, уже полностью поправился и теперь его уже не мучили никакие фобии. Даже казалось, что он стал еще более шумным и веселым, чем прежде. Настоящий смерч на нашу голову.

Так и готов носиться по дому целыми днями, опрокидывая все на своем пути. Истребитель будущий.

Не дожидаясь, пока Максим откроет глаза, я наклонилась к нему еще ближе и прикоснулась своими холодными губами к его, теплым и мягким. Мой личный обогреватель. Мое солнце.

Как я и ожидала, уже в следующую секунду меня уложили на спину, а сам виновник навис надо мной.

-Вернулась, говоришь? – Максим уперся одной рукой о постель, чтобы удержаться и не грохнуться всем своим весом на меня, а второй пощекотал шею, отчего я разразилась неудержимым смехом, умоляя остановиться.

Это моя слабость. Я до ужаса боюсь щекотки, а самое мое слабое место – это шея.

Максим, не останавливая жесткую пытку, широко улыбнулся и покачал головой.

-Тебя надо хорошенько наказать. Заставила меня столько времени ждать тебя.

-Н-нет, Макс. Пожалуйста. Я же п-по делу.

-Это дело настолько важно для тебя, что ты забыла обо мне?

-Да, да, да...

После моих истеричных выкриков, максим вмиг прекратил издевательства над моей беззащитной шеей и отстранился. На колени присев на широкой постели, он окинул меня серьезным и нервным взглядом темных глаз и спросил:

-Снова Андрей?

Поняв, что заставила его обеспокоиться, я помолчала, обдумывая причину этого беспокойства.