Итак, аббат де Бернис был одним из друзей этого человека, как и оба сына г-жи де Ферриоль, а также аббат Буре. Д’Аржанталь влюбился в мадемуазель Лекуврёр, официальную любовницу маршала Саксонского, всячески доказавшую ему свою преданность: так, она продала свои бриллианты, чтобы купить ему Курляндское герцогство, и совершала другие Бог весть какие поступки. Это не мешало д’Аржанталю и другим милым молодым людям увиваться вокруг нее, подобно множеству пигмеев. Среди них были и оба аббата.

И вот все узнали о посягательствах в духе жены Поти-фара, предпринятых г-жой де Буйон по отношению к молодому воину, который по непонятной причине вел себя с ней жестоко.

— Госпожа де Буйон оказывает мне честь, полагая, что в этом виновата я, — говорила трагедийная актриса, — но я-то знаю, в чем дело. Граф Саксонский изменяет мне с кем попало; я не тревожусь по этому поводу, зная, что он ко мне все равно вернется. Я не стала бы волноваться из-за герцогини, как и из-за других, даже еще меньше. Ему не нравятся женщины такого сорта.

Вот это да, представьте себе!.. Женщины такого сорта! Это о принцессе Лотарингской, герцогине Буйонской! До чего же заносчивы эти театральные принцессы! Актрисы принимают свои роли и любовные связи всерьез и смотрят на нас свысока; хорошо еще, если они соблаговоляют относиться к нам как к равным. Говорят, сегодня эти особы стали еще более наглыми. Все идет наперекосяк и в политике, и в любовных делах. Я благодарю Бога, что уже немолода и жить мне осталось недолго.

Все сказанное мною не означает, что я намерена превозносить г-жу де Буйон и принижать ее соперницу. Я отнюдь не пристрастна и заявляю, что в тех обстоятельствах комедиантка вела себя прекрасно. Госпожа де Буйон была очень скверная женщина с разнузданными чувствами; она не останавливалась ни перед чем, чтобы удовлетворять свои желания и мстить за себя; в данном случае всем это было ясно. Герцогиня превращалась в сущую фурию, когда кто-нибудь посягал на ее любовников. Я иногда ее встречала среди гостей герцогини де Люин. Никто не любил эту особу, и ее принимали у себя из вежливости. Я избегала герцогиню: она меня пугала.

Несчастная Лекуврёр, напротив, была красива и добра. Она бесподобно играла почти все свои роли и была талантливее Клерон.

XV

Прошло несколько месяцев. Герцогиня становилась все более пылкой, по мере того как граф Саксонский делался все более неприступным; у них происходили объяснения, из которых кавалер выкручивался, умирая от смеха, а затем шел рассказать об этом в дом своей любовницы, где эти молодые сумасброды наперегонки потешались над герцогиней.

Я не знаю, какую оплошность совершил аббат де Бернис, однако его товарищи и особенно их инфанты охладели к нему; у него кончились деньги, и никто больше не давал ему в долг; бедняга вернулся в семинарию, чтобы покаяться, разжалобить начальство и попытаться получить какую-нибудь доходную должность. Спутник де Берниса аббат Буре не отваживался показываться без него в свете; этот человек безвестного происхождения, лишенный каких-либо покровителей и друзей, за исключением приятелей по развлечениям, оказался совершенно беспомощным и впал в полнейшую нищету, когда те его покинули. Время от времени он писал портрет какого-нибудь пекаря, чтобы раздобыть кусок хлеба, и какой-нибудь зеленщицы, чтобы положить на него что-нибудь сверху. Из-за поношенной одежды он не мог никуда ходить. Он прозябал в нищете и порой с вожделением поглядывал в сторону Сены, полагая, что лишь в ее объятиях обретет покой.

Герцогиня — я нижайше прошу у нее прощения за эти слова — была не только чудовищем, но к тому же еще и дурой. После того, как ее выставленные напоказ прелести подверглись очередному оскорблению, она пришла в неописуемую ярость и пообещала, что одолеет соперницу, что этой комедиантке не удастся больше одерживать над ней верх и что она, герцогиня, заставит себя уважать.

И вот эта знатная дама, совсем как во времена варварства, открыто посылает за двумя головорезами и сообщает им о своем решении. Ей нужна жизнь этой твари.

— Но, госпожа герцогиня, как это сделать? Невозможно убить такую особу незаметно, нас повесят.

— Я заплачу вам сколько угодно.

— А если нас повесят?

— Вам ничего не сделают: я попрошу вас помиловать.

— Как знать, сударыня, быть может, вашего влияния окажется недостаточно и вам самой придется оправдываться. Парламент не любит шутить. За это надо браться иначе.

— Как?

— Гораздо лучше прибегнуть к яду.

— Кто его подмешает?

— Не мы, мы к ней в дом не вхожи, но можно было бы испробовать какое-нибудь средство…

— Ищите и приходите снова, когда вы его найдете.

— В окружении актрисы, хотя бы среди тех, кто работает на кухне, найдется, должно быть, человек, который за деньги согласится потрудиться вместо нас. Мы все разузнаем.

Эти люди навели справки. У грабителей и разбойников тонкий нюх; они узнали об аббате Буре и указали на него герцогине; она ответила им, что они на верном пути и остается лишь продолжать в том же духе.