Читаем Исповедь Еретика полностью

_{Одна из репетиций альбома Grom.　Вдалеке слева еще несовершеннолетний Inferno наблюдает за Баалом (за барабанами). Справа Томаш Краевский, первый профессионал на пути Behemoth. Это он поверил в потенциал группы.}

Ваша дружба не прекратилась?

Друзьями мы были в детстве. А сейчас коллеги. Мы достаточно уважительны друг к другу. И это нормально. Баал все также живет по своим собственным принципам. Он творческий человек, постоянно работающий над собой. С каждым годом прибавляется дырок на его теле. Он любит собак и ненавидит костелы. Как его не уважать?

ФУНДАМЕНТ

Откуда взялся Збышек Проминьский?

Репетиционную точку мы делили с труймястскими Damnation. Их лидер, Лес, некоторое время играл у нас на басу. А барабанщик, Wawrzyn, ушел из группы, но на его место пришел молодой и очень способный музыкант. Это и был Inferno. Я оставался на их репетициях, только чтобы посмотреть, как он играет. Он был потрясающим. Сначала я почувствовал зависть. А потом убеждение, что этот парень должен попасть в мою группу.

Когда разошлись мои с Баалом пути, я сделал Збышеку предложение, от которого он не отказался. И попал в точку. Это выдающийся барабанщик. Если я мозговой центр группы, то он ее движущая сила. Я сразу почувствовал разницу. Я хотел играть более сложную музыку, а с Баалом это не получалось. Не потому что он не хотел — не мог. Я и так требовал от него больше, чем он мог дать. С Inferno было иначе. Он отдавал группе больше, чем я требовал.

Сейчас его считают одним из лучших барабанщиков в мире.

И это заслуженно. Иногда мне кажется, что он не принадлежит к человеческой расе. Его координация, скорость игры… Збышек — это пример человека, который быстро понял свое назначение и развивает его. Я верю, что в каждом из нас есть огромный потенциал. Надо только его найти и поставить все на эту карту.

Ты так и сделал?

Уже в детстве я становился перед зеркалом и подражал своим кумирам. Играл на палке от метлы и представлял, что пою. Хотел быть похожим на Кроноса из Venom. Я не мог сыграть двух аккордов без ошибки, но знал, что именно этого хочу. Быть музыкантом. Мой мозг посылал сердцу сигналы… Пятилетняя дочка моих знакомых довольно нестандартно одевается: надевает на ноги два разных ботиночка и защищает свою правоту. Может, она получает такие сигналы. А я говорю ее родителям: «Пусть развивает это, поддержите ее». Может, она рождена, чтобы стать кутюрье или моделью. Вот в чем фокус.

Так Збышек — прирожденный барабанщик?

Сегодняшней метал-сцене нравятся экстремальные вещи, особенно игра на ударных. Конечно, есть ударники более быстрые и техничные, чем Inferno. Но есть то, чего не отрепетируешь: его атмосфера. Когда он выходит на сцену и садится за установку, я чувствую себя уверенно, зная, что он находится у меня за спиной. У дома должен быть крепкий фундамент, а у группы — надежный барабанщик.

Но даже с Inferno за барабанами Behemoth довольно долго пробирались к концертам в высшей лиге.

Я считаю, что наш потенциал начал по-настоящему раскрываться на альбоме Satanica. Мы выступали больше и больше. А с Thelema.6 взяли на самом деле хороший темп. Именно тогда мы начали ездить в туры в качестве хедлайнера и становились героями вечера. Это perpetuum mobile[25]: чем лучше мы играли, тем увереннее себя чувствовали, а чем больше уверенности в себе мы чувствовали, тем лучше играли. На сцене мы играли, будто завтра не существовало. Не на жизнь, а на смерть!

Я помню фестиваль Thrash’em Аll. Мы были тогда третьей с конца группой, играли перед Vader и Krisiun. Порядок выступления неоспорим. Vader уже были ветеранами сцены и одной из самых важных групп в истории польского метала. В Белостоке, когда спускался со сцены, я столкнулся с Петером и бросил в его сторону: «Пётр, спалите этот сарай». На что он усмехнулся и ответил: «Пепел уже не подожжешь». В этот момент я почувствовал, что мы действительно начинаем делать что-то весомое.

Тогда изменился ваш состав.

Это очень на нас повлияло. Мы обрели крылья, когда к нам присоединились Havok и Novy. Становились отличной командой. Каждый вносил что-то свое. Havok был еще подростком. Я должен был упрашивать его родителей отпустить его с нами в тур, и обещал, что в школе он нагонит пропущенное. Но в нем чувствовались огонь и самоопределение. Он просто вдыхал через нос опыт крупнейших гуру сцены.