Самые лучшие (удовлетворявшие район) районные штабы начали проходить тогда, когда главным действующим лицом на них со стороны моего штаба стал пиарщик, отрабатывавший свое красноречие не на избирателях. По сути я оказался примерным учеником у главы – на районных штабах совещались наши представители к взаимному удовлетворению всех сторон.

Чтобы мои многочисленные контролеры из района не заморачивались излишней самостоятельностью кандидата, я решил попросить разрешения на хождение в народ. Только не смейтесь. Я заявил, что нисколько не сомневаюсь в мощи и способности админресурса творить правильную историю, но мне хочется лично завоевать симпатии бюджетников и общественников. Наверное, я выглядел чокнутым, но это оказалось вторым правильным решением за всю кампанию.

Эта часть моей избирательной деятельности стала большим жизненным опытом, одним из важнейших с тех пор, как я снял с себя погоны. На встречах со «своими» трудовыми коллективами я получал по полной программе. Иногда мне удавалось выиграть или добиться ничьей. Но я понимал уже тогда, что админресурс в низовой его части, те, кто голосует в обмен на, – это миф, как и мое представление об избирателе.

Именно админресурс стал главной движущей силой моего поражения. Те, кто играл против партии власти, протянули бюджетникам кипу стикеров со словами «козел», «мудак», «жулик», «вор», «коррупционер» – и они клеили ярлыки на каждого, кто отвечал этим понятиям. Голосование стало просто продолжением этой истории.

Но сколько бы я ни критиковал админресурс района (его верхнюю часть), отказываться от взаимодействия с ним было бы глупо. Доступ к бюджетникам невозможен с улицы. В другой выборной ситуации это ключ не только к 5 тысячам работающих в государственных учреждениях, но и к 15–20 тысячам членов их семей, друзей и тех, кто просто к ним прислушивается.

Если у вас появятся вопросы, с чем входить в школьные коллективы, о чем говорить с врачами роддома и соцработниками, обращайтесь. Главное, помнить, что эти люди больше не голосуют по команде тех, кто платит им зарплату.

Глава 7 Праймериз

Праймериз я выиграл, и здесь не было никакого спектакля. Эта странная штука, для обозначения которой так и не нашлось нормального русского слова, стала точкой сборки моего штаба: мы попробовали свои силы в режиме наименьшего сопротивления и, к моему унынию, даже в этих условиях словили пару шишек.