Читаем Исповедь чекиста полностью

Если есть Бог, то почему не Он, а церковные авторитеты определяют очередных святых? Подобно тому, как канцелярии президентов в разных странах определяют, кого и чем наградить, выдать звание «героя Украины», «героя России», «героя Франции», «героя США» и так далее. Самые простые вопросы остаются без ответа. За что? А кто кого больше убьет!

Просто одни знают, что ответ невозможен, ответ приведет к потере власти над народными массами. И потому не желают его оглашать. А другим, т. е. самому народу, больше не к кому обратиться за справедливостью, как только кричать в пустыне беззакония. Вот откуда возник «глас вопиющего в пустыне»! Это не крик человека в Аравийской пустыне. Это напрасная попытка гражданина призвать власть к соблюдению законов, интересов народа, а не чиновников.

Не выгодно никому признавать, что люди сами создают себе богов, идолов, что религиозных, что партийных. Разницы никакой. И предатели своих же высших заповедей, что у функционеров партийных, что у религиозных, одинаковы.

Горбачев и его сотоварищи по негласному сотрудничеству с ЦРУ предали коммунистическую идею. А Папой католической церкви несколько лет была женщина. Как же обманывая самое святое, своих ближних, можно быть первым партийным боссом и высшим церковным функционером?

Воистину, в этом чудовищном мире все возможно, потому что существует только два вида человека — либо ты властвуешь над другими, либо властвуют над тобой. Попытка социализма сделать всех равными пока провалилась.

И при этом властители душ живут весьма неплохо. А для этого все средства хороши. Это поняли в свое время и иезуиты, и функционеры КПСС. Еще более эффективно владеют этой заповедью нынешние функционеры от всех видов партий и религий. Попытки отдельных журналистов проинформировать общественность об украденных депутатами и министрами миллионах и незадекларированных особняках заканчиваются после очередной избирательной кампании.

Вряд ли кто будет возражать, что более 70 лет в XX веке прошли под знаком противоборства коммунистической идеологии с религией. Конечно, накал этой борьбы в 20-е годы ни в коей мере нельзя сравнить с концом эры социализма.

Откат в этом противостоянии начался, как известно, в годы Великой Отечественной войны, когда Великий Параноик уразумел, что нельзя удержать власть в условиях надвигающейся немецкой армады только страхом и репрессиями. На тот период времени в СССР уже никто не был уверен, кто окажется очередным «врагом народа». Десятки тысяч членов ВКП(б) вместе с «карающим мечом революции» уже не могли обосновывать тезис о том, что только они есть «истинно коммунисты», а остальная часть населения СССР — все сплошь «враги народа». И как же в таких условиях «враги народа» будут бороться с немецким нашествием?

Понял И. Сталин, что на помощь необходимо призвать властителей душ функционеров всех видов религий, успешно державших народ в повиновении до 1917 года.

Объединение верующих и мощнейшего государственного аппарата насилия позволило достичь победы над немецко-нацистскими оккупантами.

Но Сталин не желал делить победу не только со своими маршалами, но и с религиозными функционерами. Борьба с последними постоянно видоизменялась: от физического уничтожения церковных функционеров и разрушения, закрытия храмов и молельных домов до научного обоснования несостоятельности религии как таковой.

Признаем, что последний подход, такой метод борьбы за сознание человека более гуманный, а значит, и правильный.

Это была первая форма борьбы двух несовместимых идеологий, известная впоследствии как «мирное существование двух мировых систем: капиталистической и коммунистической». Правда, было и существенное отличие. Капитализм, как форма общественного бытия, основанная на эксплуатации человека, объективно обречен на гибель. Нормальный человек не может терпеть насилия над собой.

В борьбе коммунистической идеологии с религией первая заявила, что стала на единственно верный путь — на научную основу. Путь обозначен был абсолютно правильно. Но у функционеров коммунизма не хватило совести жить честно, жить в соответствии с заявленными ими же коммунистическими идеалами.

Поэтому идеологическая борьба принимала формы отдельных кампаний, велась больше в форме дискуссий в прессе, не секрет уже, что более 60 % членов КПСС тайно крестили своих детей и внуков. Так сказать, обеспечили себе отходные позиции на случай возможного отлучения от кормушки власти. В этой связи бессмысленно говорить о псевдоборьбе коммунистической идеологии с религией. Это было явное политическое лицемерие. Религия в ее общественных формах проявления, организации (церкви, молельные дома, синагоги и т. д.) была просто необходима функционерам от коммунистической партии, чтобы иметь реального врага. А на борьбу с врагом всегда можно требовать и получать не только партийные, но и бюджетные средства. Дальше можно не объяснять.