Читаем Исповедь чекиста полностью

Вместе с тем, чтобы замаскировать содержание своей подрывной деятельности и не засветить своих центральных агентов влияния в этой элите, они комбинировали субъективные и объективные ошибки с целенаправленной враждебной деятельностью, направленной на подрыв экономической мощи СССР и на компрометацию самой коммунистической идеи. Все просто. Но подчеркнем, что все гениальное всегда просто. Только необходимо кому-то это как-то увидеть, понять и сообщить всем.

Но такое понимание хода истории развития СССР происходит не сразу, не по мановению волшебной палочки. Для этого необходим анализ как практики построения социализма, так и его теории — решений партсъездов и пленумов ЦК КПСС. И не обойтись здесь без двух десятилетий после уничтожения советского государства, когда многое всплыло.

Восторг руководства КПСС вызвало и решение китайцев о том, чтобы каждая китайская община самостоятельно выплавляла чугунные болванки и сдавала этот металлолом государству. Трудно представить, какой экономический ущерб эти идеи принесли сельскому хозяйству Китая, сколько угля и деревьев было уничтожено каждой китайской деревней, чтобы выплавить чугун в неприспособленных для этого условиях. Потом его снова плавили на заводах. Еще одни затраты.

Уже курсантом я понимал, что дисциплина дисциплиной, но следует и размышлять немного. Впоследствии моей настольной книгой стало произведение Я. Гашека «Похождения бравого солдата Швейка», в котором подобное усердие не то чтобы граничило с шизофренией, а прямо подтверждало диагноз.

За годы службы приходилось не раз сталкиваться с подобным усердием командования и партийных функционеров. Все понимали идиотизм отдельных приказов и указаний, но никто не решался открыто возражать.

К примеру, как я полагаю, осталось в живых немало офицеров, которые красили в гарнизонах деревья в зеленый цвет, ожидая прибытия в военный гарнизон маршала А. Гречко. Или посыпали песком дорожки на командных пунктах ПВО, в расположении РЛС по прибытии маршала Соколова. Хотя каждому солдату было известно о недопустимости подобных мер по техническим причинам. Но что было делать, когда уровень боеготовности войск определялся ровностью дорожек и чистотой песка на боевых (учебных) позициях РЛС.

Как я уже отмечал, одним из последних фактов идиотизма стало решение ЦК КПСС от 1982 года о задачах коммунистов каждой партийной организации по сбору сена, заготовки фуража для повышения надоев молока и производства мясопродуктов. С такой повесткой дня проходило даже партийное собрание в Секретариате КГБ СССР. Старые опытные полковники КГБ, в том числе и бывшие сотрудники СМЕРШа, не моргнув глазом, обсуждали, как лучше косить траву и ломать ветки кустарников вдоль кольцевой автострады вокруг Москвы. Хорошо, что решения таких партсобраний так и оставались на бумаге.

Однако теперь стало ясно, что такие решения высших партийных и государственных органов были нацелены на компрометацию и советской власти, и коммунистической идеи. Как правило, каждый партсъезд или решение Пленума ЦК КПСС становились объектом и источником анекдотов, потихоньку, но уверенно подтачивавших практику коммунистической политики.

В такой обстановке, целенаправленно формируемой из-за рубежа колоссальным пропагандистским аппаратом и спецслужбами империалистических государств, на арену высшей партийной и советской политики был выдвинут М. Горбачев, оснащенный программой «перестройки советского государства».

Надо полагать, что через 30–40 лет мировая общественность все же узнает реальных, настоящих авторов этой программы.

Но возвратимся к нашим «выходцам из трудового народа». Представьте себе ситуацию, когда трудягу шахтера поднимают из глубины трех километров, да еще после очередного взрыва метана, унесшего жизни его товарищей, и избирают партийным секретарем. Положение обязывает Его сажают в отдельный кабинет, награждают секретаршей, служебным автомобилем, дачей, партийным спецпайком. Он меняет отбойный молоток на авторучку и телефон…

И вся трудность его деятельности состоит в том, чтобы по разработанным в райкоме или обкоме партии тезисам провести раз в месяц партийное собрание. Суть последнего всегда состояла в том, чтобы принципиально, по-ленински раздраконить рядовых членов партии — рабочих, с которыми он еще вчера в одной бригаде уголек рубил, и воодушевить руководство шахты (учреждения, колхоза), к которому еще вчера и подойти боялся, на достижение высоких производственных показателей в соответствии с очередным партийным съездом и указаниями «лично генерального секретаря ЦК КПСС товарища…».

Конференции длились полный рабочий день: четыре часа заслушивание и обсуждение доклада и 2–4 часа застолья для партийных функционеров, прибывших по случаю на шахту (завод) из райкома или обкома партии.

Таким образом, вместо того чтобы каждый день опускаться в грязной рабочей робе в пыльную шахту и потеть там по 5–6 часов, человеку предложили немыслимый праздник: уютный кабинет, секретаршу, спецбуфет и всего один день в месяц покривляться перед бывшими товарищами — рабочими.