Читаем Исповедь полностью

52. И тогда Ты так же отдохнешь в нас, как сейчас в нас действуешь. И наш отдых будет Твоим, как и наша работа – Твоя[1018]. Ты же, Господи, всегда действуешь и всегда отдыхаешь. Ты видишь вне времени, действуешь вне времени и отдыхаешь вне времени – но нам даешь видеть во времени, создаешь само время и покой по окончании времени.

XXXVIII

53. Итак, мы видим, что Ты сделал, ибо мир существует, но существует он потому, что Ты его видишь[1019]. Глядя на внешний мир, мы видим, что он существует; думая о нем, понимаем, что он хорош; Ты тогда видел его уже созданным, когда увидел, что нужно его создать.

И мы теперь испытываем побуждение делать добро, после того, как сердце наше зачало от Духа Твоего мысль об этом; раньше нас, покинувших Тебя, подвигало на злое; Ты же, Господи, Единый, Благой, не прекращал творить добро. И у нас есть, по милости Твоей, некие добрые дела, но они не вечны. Мы надеемся, однако, что, закончив их, мы отдохнем в Твоей святости и величии. Ты же, Благой, не нуждаешься ни в каком благе и всегда отдыхаешь, ибо Твой отдых Ты сам.

Кто из людей поможет человеку понять это? Какой ангел ангелу? Какой ангел человеку? У Тебя надо просить, в Тебе искать, к Тебе стучаться: так, только так ты получишь, найдешь, и тебе откроют.

Перейти на страницу:

Все книги серии TEO - LOGOS

О Троице
О Троице

Читателю предлагается 2-е (исправленное) издание полного перевода трактата «О Троице» выдающегося христианского мыслителя св. Аврелия Августина (Блаженного) (354–430 от Р. Х.). Этот труд по своему значению стоит в одном ряду с такими его сочинениями, как «Исповедь» и «О граде Божием», и посвящен систематическому изложению доктрины, в которой Августин видел основу христианского вероучения. Начиная с экзегетики текстов Святого Писания, Августин отстаивает догмат троичности с философских позиций, используя аналогии с миром природы и в особенности с формами деятельности человеческого ума. Текст трактата предваряется в качестве предисловия 174-м письмом Августина и заключается выдержкой из его позднейшего сочинения «Пересмотры» (Retractationes). Адресуется философам, богословам и всем читателям, интересующимся наследием мировой классической мысли. Издание 2-е, исправленное.

Аврелий Августин

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Философия / Образование и наука

Похожие книги

Дети Вечного Жида, или Увлекательное путешествие по Средневековью. 19 рассказов странствующих еврейских ученых, купцов, послов и паломников
Дети Вечного Жида, или Увлекательное путешествие по Средневековью. 19 рассказов странствующих еврейских ученых, купцов, послов и паломников

Элкан Натан Адлер, почетный секретарь еврейского Общества по распространению религиозного знания, коллекционер еврейских рукописей, провел несколько лет в путешествиях по Азии и Африке, во время которых занимался собиранием еврейских манускриптов. В результате создал одну из самых обширных их коллекций. Настоящую книгу составили девятнадцать письменных свидетельств эпохи Средневековья, живо представляющих странствующего жида как реального персонажа великой драмы истории. Истории еврейских ученых, послов, купцов, паломников, богатые яркими историческими деталями и наблюдениями, знакомят читателя с жизнью Европы, Ближнего Востока и Северной Африки в Средние века.

Элкан Натан Адлер

Средневековая классическая проза / Европейская старинная литература / Древние книги
Бранкалеоне
Бранкалеоне

Итальянская романистика XVII века богата, интересна и совершенно неизвестна читателю.«Бранкалеоне» — первый ее образец, появляющийся в русском переводе. Его можно назвать романом воспитания, только посвящен он воспитанию… осла. Главный герой, в юности проданный из родительского стойла, переходит от одного хозяина к другому, выслушивая несметное множество историй, которые должны научить его уму-разуму, в то время как автор дает его приключениям морально-политическое толкование, чтобы научить читателя.Сюжетная основа — странствия разумного осла — взята из романа Апулея; вставные новеллы — из басен Эзопа, плутовской словесности и других источников; этот причудливый сплав разнородных элементов ставит «Бранкалеоне» где-то между романом и жанром, хорошо знакомым итальянской литературе, — обрамленным сборником новелл.

Джован Пьетро Джуссани

Средневековая классическая проза / Фольклор, загадки folklore