Читаем Исповедь полностью

Если подростки, мальчик или девочка, заметят, что ты говоришь им с сочувствием, а не для того, чтобы обругать их и унизить, то уже и сами они предупредят твои дальнейшие вопросы и хотя с внутренней мукой, но не щадя себя, расскажут свои грехи. Слушай их спокойно и терпеливо; не покажи негодования, если услышишь то, чего не ожидал — взаимную малакию, мужеложство, кровосмешение, скотоложство и птицеложство. Все это случается именно там, где дети и даже подростки не знают, что грешно и что не грешно, а видя то, что делают животные, подражают им, а затем, не встретив во-время духовника, который бы сумел принять их исповедь, носят на своем сердце тяжелый камень содеянного греха, и сперва молчат о нем по незнанию, а потом, выросши и сделавшись самолюбивыми, уже просто стыдятся признаться в своих неразумных делах, но в то же время носят в себе мысль, что они осквернены на всю жизнь, и приобретают унылое и раздражительное настроение души. Однако здесь еще не конец их духовному бедствию; другой помысл говорит им: все равно ты уже мужеложник или кровосмесник; нечего тебе останавливаться перед меньшим грехом блуда и подобными; так и увядает молодая душа, не встретившая себе духовной опоры.

Когда же ты, любезный духовник, узнаешь, в чем грех твоего духовного чада, то, если он знает качество этого греха, тогда, смотря по тому, близок ли он к унынию, либо, напротив, настроен весьма беспечно, сообразно с его настроением увещевай его. В первом случае, покажи ему по требнику, что обычный у детей и подростков грех, хотя и противен Богу, но наказывается далеко не столь тяжкими епитимиями, как блуд; грехи же, допущенные в очень молодом возрасте по неведению, хотя бы были и очень преступны, не вменяются как тяжкие, лишь бы они не повторялись уже сознательно; наконец, поясни им, что отвратительный грех содомский, в коем многие, почти невинные мальчики и подростки ошибочно считают себя виноватыми, есть вовсе не то, чем они полусознательно или вовсе несознательно грешили. Они были, вероятно, в том грехе, который упоминается в 29-м и 30-м правиле Номоканона, а тот тяжкий грех — в 28-м, 185-м, и 186-м, где описана и разница по степени виновности между этими грехами. К сожалению, и большинство духовников этого не знают, и повергают, например, послушниц, признающихся в том меньшем грехе, такому же осуждению, какое положено за самый тяжкий, а поэтому укрывание грехов на исповеди в женских монастырях и общинах есть явление не очень редкое.

Итак, когда молодая душа, пораженная стыдом и унынием, предстоит тебе после своего признания, утешай ее, как Бог тебе поможет, утешай, но и устраняй от дальнейших падений. Скажи, что ты или другие старцы знали многих долго рабствовавших греховной привычке, но чрез Таинства покаяния и Причащения совершенно от нее освободившихся, — что в таком еще незрелом возрасте не тело человека влечет его ко греху, ибо оно даже не созрело для этого, — а извращенная мечтательность души. Поэтому, если он душу свою отвратит от греха с ненавистью к последнему, то тело его не будет привлекать его на злое; но если он укоснеет в своем грехе, то, став уже мужчиной (или зрелой девой), он окажется связанным вдвойне тяжкими узами, ибо тогда к похоти души присоединятся и половые потребности тела: грех будет усиливаться, падения учащаться, а кара Божия не замедлит в виде чахотки или неврастении, или неспособности к брачной жизни, или даже идиотства и эпилепсии.

Последнего рода картины с особою силою предначертай тем молодым людям, детям, юношам и девицам подросткам, которые, живя среди подобных же товарищей или товарок, смотрят на свои грехи очень легко. Им должно объяснять, что так легко терпимый совестью грех — особенно грех плотский, не останавливается в своем греховном росте, но влечет человека на худшее и преступное. Деторастлители, скотоложники, публичные женщины и альфонсы не родились такими, а вступали в бездонную пропасть своих падений постепенно; в ранней молодости у них были те же, сравнительно небольшие грешки, как у тех сверстников, которые прожили жизнь, как честные люди и добрые христиане, но они отличались от последних тем, что не каялись в своих падениях, смеялись над увещаниями и не укоряли себя за грехи; потом, когда они ожесточились в них, то им приходилось приносить позднее, но бесплодное раскаяние в гниющем от сифилиса теле или в положении пансионера дома умалишенных, или в звании спившегося золоторотца, отщепенца общества, как неспособного уже ни к какой работе, или, наконец, выгнанной из всех притонов нищей, состарившейся проститутки. Теперь, пока ты еще так молод (или молода), тебе не трудно избежать этой гибельной пропасти, если возненавидишь и свои грехи и свое легкомысленное настроение души и вступишь в борьбу со своими, уже начавшимися, привычками. А как привлекателен, как прекрасен тип человека, мужчины или женщины не подпавших искушениям распутства! Вид их бодрый, лицо моложавое, взор смелый и спокойный. Как благодарны они Богу, что своевременно побороли искушение.