Едва ли можно найти практические возражения против еды в горизонтальном положении. Правда, таблетки не стоит принимать лежа, потому что тогда они слишком надолго задержатся в пищеводе и могут повредить его. Зато эстетических возражений сколько угодно. Еда в горизонтальном положении неизбежно возмутит традиционалистов, которые увидят в этом утрату культуры застолья, признак упадка культуры вообще или просто нелепость. Еда сидя, безусловно, имеет свои преимущества: можно легко подносить ко рту пищу, напитки, и сидячее положение не ограничивает наших движений. Мебель для сидения существует уже несколько тысяч лет, и в конце концов неизвестные изобретатели стульев о чем-то думали. Можно сидеть напротив друг друга, что располагает к общению. При еде лежа невольно возникают смешные или неприятные ситуации, если кто-то вдруг повернется задом к собеседнику или чьи-то ноги окажутся рядом с тарелкой. Лежать удобно, а вот пользоваться лежа ножом и вилкой – не очень. И в самом деле, нужна большая ловкость, чтобы в этом положении разделить еду на маленькие, помещающиеся в рот кусочки. А использовать бедро вместо стола, чтобы легче было отрезать кусок мяса, а потом, лежа, подносить тарелку ко рту просто мучительно. Неужели действительно кто-нибудь отважится на такую трапезу без слюнявчика? Зато есть в постели с поднятой спинкой на маленьком приставном или откидном столике вполне приятно. Возможно, растущая популярность трапез в лежачем положении связана с тем, что на стульях современной конструкции во многих сверхстильных ресторанах просто неудобно сидеть; слишком часто это – нелепые конструкции, на которых лежать гораздо проще, чем сидеть. И конечно, наоборот: не вся мебель, предназначенная для лежания и сделанная по эстетическим принципам, соответствует требованиям эргономики или функциональности.

Надпись на английском: «Чтение в саду. Летние удовольствия»

Лоуренс Райт. «Тепло и уютно. История кровати». Лондон, 1962

Горизонтальное рабочее место

Можно позавидовать пишущим людям, им для работы нужен только лист бумаги и ручка, ну, может быть, ноутбук.

Но это верно лишь отчасти. Не все так просто, авторы – люди капризные. Чтобы подхлестнуть свои мысли, им нужны кофе, чай, сигареты, вино. Подходящее место. И правильная поза. Некоторым писателям требуются шум кафе, или звуки движущегося трамвая, или мертвая тишина. Встречаются закоренелые домоседы, которым достаточно представлять себе дальние страны. Жан-Жаку Руссо приходилось совершать долгие прогулки, пока его не посещала муза. Природа была его кабинетом. Один только вид письменного стола вызывал у него отвращение, а уж об идее писать лежа и говорить нечего. Лауреату Нобелевской премии Эльфриде Елинек необходим простор, прекрасные мысли ей подсказывает вид из окна. Они – антагонисты всех писателей, которые могли творить только лежа. Люди, работающие в постели, как правило, весьма неохотно признаются в этом, потому что знают: их тут же обвинят в лени. Лежачее положение связывают с усталостью, нежеланием и безынициативностью, с бездельем и ленью, с пассивностью и расслабленностью. Вспомните только слова Фауста:

Действительно ли следует лежать только ночью (за исключением возможной сиесты)? Нет, потому что некоторым творческим людям горизонтальное положение помогает сосредоточиться и полноценно работать. Было бы интересно узнать, как лежание влияет на четкость мыслей; может быть, существует даже эмпирически подкрепленная теория, подтверждающая, что лежать в этом отношении ничуть не хуже, чем сидеть. А вдруг творчество вообще становится возможным только при полном отключении от повседневных занятий? Нужны ли писателю периоды пассивности, чтобы он мог по-настоящему творить? Многие факты подтверждают это. Марсель Пруст в некоторых письмах рассказывал, что он пишет, лежа в своей знаменитой латунной постели, особенно в последние годы жизни, когда был болен и работал над «Поисками» в обитой пробкой спальне. В постели происходит все – от эротической продуктивности до деструктивной смерти.