Читаем Искушение полностью

И вот на дереве появились листья… К удивлению Джо, детский рисунок превратился в цветную фотографию, при этом контуры как бы уплотнились, обозначились четче. Происходящее представлялось настолько захватывающим, что профессор с усилием сохранял в своем сознании образ дерева. И вдруг Джо заметил, что к дереву подвешены простенькие качели – дощечка на веревке.

Сделанные его отцом качели.

И под дубом росла трава. И у деревянного заборчика оторвалась одна перекладина. Вертушка для полива разбрызгивала воду. В пластмассовом детском бассейне плавали игрушки. Веранда. Видение приобрело отчетливость. Джо видел затянутую сеткой от мух дверь и вентилятор в кухонном окне. По дому ходила женщина, в которой он узнал свою мать. Вот она исчезла, а затем дверь приоткрылась, и мать – в переднике, с распущенными волосами – прокричала:

– Джо! Джо!

Он увидел, как она бежит к нему, как причитает и плачет.

Неожиданно образ начал тускнеть и рассыпаться. Джо не двигался. Он старался сопоставить увиденное на экране с реальными событиями, сохранившимися в его памяти. В тот день умер дед, отец его матери. Джо тогда было шесть лет, и он впервые в жизни столкнулся со смертью родного ему человека.

Представшая перед ним картинка оказалась очень яркой и живой. Уже много лет он не вспоминал об этом, а секунду назад восстановил все в памяти с кристальной ясностью. Джо слово сидел в кино и мог выбирать: то ли смотреть на экран монитора, то ли заглядывать в глубины своей памяти.

В воображении возникло лицо, а потом и фигура рослого четырнадцатилетнего мальчика. Тэб Буллоуз. Джо ухватился за это имя, повторяя его в уме снова и снова. Он закрыл глаза и напряженно сосредоточился. Тэб Буллоуз, школьный задира…

Открыв глаза, Джо увидел на экране только круги и зигзаги. Тогда он задумал новое имя из школьных времен: Сьюзен Марголис. Он припомнил ее серьезное личико в очках, косички. Вспомнил, как убеждал ее разрешить, чтобы он примотал к ее голове проволочками пластинки электродов. Пластинки присоединялись к найденному Джо на свалке осциллографу. Джо старался подчинить ее своему влиянию, чтобы снять диаграмму мозга. Потом он оскорбил ее, продемонстрировав картинку двоих совокупляющихся людей. С тех пор она отказалась выступать в качестве подопытного кролика.

Давно забытые, сейчас ему вспомнились имена многих одноклассников, их лица: Пип Хадсон, Нельсон, Наоми Энгель, Гордон Стальц, Сьюзи Клиерустер. Имена проплывали в его сознании, а на экране мелькали круги и зигзаги. Затем снова всплыло имя Тэба Буллоуза, и образы на экране усложнялись. Джо с поразительной отчетливостью представил сначала лицо Тэба, а потом его всего целиком. Громадный неряшливый Буллоуз ходил всегда развинченной походкой, и из брюк его вечно торчала рубашка. Сейчас он направлялся к Джо. Во взгляде его читалась злоба. Наконец он заговорил, и Джо услышал его голос – словно Тэб находился где-то совсем рядом. Более того, Джо «видел» его голос на экране: неразборчивую мешанину сигналов, меняющихся с каждым словом.

– Эй, щенок, я слышал, что твой папаша обожает замороженных мертвецов. Я уверен, что у него полный холодильник трупов. Да он же просто вампир! Может, он хочет и тебя иметь в замороженном виде. Мы просто сейчас сунем тебя на несколько часов в морозилку, а потом посмотрим, что получится.

Джо начал вспоминать подробности того разговора – разговора двух школьников более чем двадцатипятилетней давности. Все это сопровождалось новой паутиной символов на экране. Ощущение было такое, будто просматриваешь фрагменты старой, но невероятно чистой видеозаписи.

Неожиданно воспоминания перескочили на день рождения. Джо снова оказался в саду перед домом. Отец учил его кататься на велосипеде. Все это происходило на лужайке; велосипед вилял из стороны в сторону, а отец что-то говорил.

Вдруг живое лицо отца сменилось жуткой маской трупа в морге Лос-Анджелеса, затем возникло лицо следователя Говарда Барра. Джо постарался «стереть» эти образы, и экран покрылся густой сетью зигзагов. Образ потускнел и исчез. Теперь Джо ехал куда-то на машине по дороге, протянувшейся по дну ущелья. Потом изображение померкло, и экран дисплея очистился.

Вскоре в мозгу его начал формироваться новый образ. Его жена Карен, обнаженная, сидела верхом на каком-то мужчине с тонкими плоскостопными ногами. Тот обхватил своими костлявыми руками ее спину – так, что остались следы от ногтей. Ее расслабленное тело нависало над ним, зад резко поднимался и опускался… И тут Джо увидел лицо мужчины и узнал в нем себя. Это происходило несколько лет назад, где-то недалеко от Скофорда, в гостинице, стилизованной под деревенский дом. Они спали в комнате с огромной массивной кроватью и зеркальным потолком. Тогда Карен была на третьем месяце беременности.

Лицо Джо вспыхнуло. Все это видит Джулиет Спринг! Он постарался переключиться на что-то иное, но интимная сцена не исчезала. Джо, испытывающий сильное сексуальное возбуждение, вынужден был досмотреть до конца.