Читаем Искупительница полностью

– Я не прячусь, – солгала я, с маниакальной бодростью танцуя по позолоченным коридорам Имперских апартаментов, балансируя с плещущейся миской молока на одном бедре и грудой свитков – на другом. – Просто у меня много дел. Ты еще не выпила свой чай из эхинацеи?

– Тар.

– Нельзя забывать про чай. Служба в храме завтра. Люди будут ждать, что ты споешь им, а ты никогда не исцелишь их всех без своего…

– Мы опаздываем, – перебила Кира тем отчаянным тоном, которым говорила с упрямыми верблюдами.

Несколькими лестничными пролетами ниже, в Имперском Зале, гудел праздник. Я притворялась, что не слышу его, ловя вместо этого разговоры своих названых братьев и сестер. Их голоса эхом отражались от стен, переливающихся разными цветами. В темном дворе далеко внизу раздавались голоса гриотов. Сквозь высокие окна коридоры нашего нового дома освещала луна.

Частное крыло дворца, где обитали обычно император и его советники, состояло из пяти этажей. Имперские апартаменты представляли собой отдельный замок с сокровищницей, баней, кухнями, гостиными и спальнями – сплошной лабиринт из позолоченного песчаника. Крышу украшал просторный сад. Ярко-зеленые лозы ползли по балюстрадам и свисали в открытые окна центральных комнат. Лозы цвели каждый день, пробужденные к жизни Даром моей названой сестры Терезы, и наполняли крыло своим дурманящим ароматом.

Целители обычно использовали кусо-кусо – цветы, украшавшие стены наших апартаментов, – для борьбы с бессонницей. Но Тереза изменила эти растения так, чтобы они обостряли наши чувства. Запах усиливал Луч, позволяя моим братьям и сестрам ходить по крылу в дымке постоянного общения друг с другом, даже через несколько комнат. К несчастью, кусо-кусо также усиливал и мой Дар… и каждый стул, каждая ваза и каждый позолоченный диван гудели воспоминаниями о предыдущих Помазанниках, включая тех, которые желали мне смерти. Я днями напролет размахивала своим Даром, как метлой, вычищая мебель в крыле от лишних воспоминаний, пока у меня не начиналась мигрень.

Окна в коридорах закрывала тонкая москитная сетка, колыхавшаяся на теплом ночном ветру. Она коснулась моей щеки, когда я проходила мимо.

«Узурпаторша, – прошептало очередное бестелесное воспоминание. – Где она? Где она, гдеонагдеона…»

Я поежилась, ускорив шаг. Отец Дайо часто бродил по этим коридорам, вслух думая о моей матери. Надо бы почистить эту сетку позже.

– Тар. – Кира попыталась меня догнать. – Знаю, ты все еще расстроена по поводу Таддаса. Но ты уже неделю не покидаешь апартаменты.

Мои братья и сестры знали, что случилось с Таддасом. Мы решили сохранить мальчика-мертвеца в секрете: при дворе еще не отошли от обещания, данного мной абику, так что слухи о созданиях из Подземного мира, ошивающихся в коридорах Ан-Илайобы, точно не пошли бы моей репутации на пользу.

Днем и ночью Санджит со своими лучшими воинами обыскивал территорию. Я пыталась найти подсказки в воспоминаниях у каждого потенциального свидетеля. Но поиски оказались тщетны: таинственный мьюйский мальчик, казалось, работал в одиночку.

– Мы делаем все возможное, чтобы найти убийцу Таддаса, – продолжала Кира. – Но чем дольше ты прячешься, тем хуже будут сплетни. Кроме того… что подумают все эти правители, если ты опоздаешь на свой собственный званый ужин?

– Вот я глупая, – пробормотала я, не обращая внимания на ее слова. – Конечно, ты еще не пила свой чай. В саду на крыше закончилась эхинацея, и Терезе нужны семена из Суоны. Я обещала, что пошлю кого-нибудь за ними…

Кира встала прямо передо мной, преградив путь. Несколько прядей волос выбились из-под ее молитвенного платка.

– Этот торжественный вечер, – выдохнула она, – все равно состоится, независимо от того, будешь ты там или нет. Думаешь, Дайо справится один? Думаешь, он сможет убедить всех этих скептически настроенных монархов стать твоими советниками?

– Ай Лин тоже там будет, – напомнила я Кире, обходя ее. – Она же новый Верховный Посол. Справляться с правителями вассальных королевств – ее работа.

– А твоя работа, – подчеркнула она, – быть императрицей Аритсара.

Козье молоко пролилось из миски у меня на бедре на пол. Застонав, я пробормотала:

– Я все вытру!

– С каких пор ты занимаешься уборкой? Великий Ам… – Кира сжала переносицу, издав истерический смешок. – У нас нет на это времени! Пожалуйста, Тар. Просто пошли кого-нибудь за слугой?

– Слугам здесь не нравится.