— За то, что вчера чуть меня не убили? Или за то, что позавчера чуть не изнасиловали? Вы уж определитесь, милейший и придерживайтесь одной линии поведения. Кто вы, Ассан? Шантажист, психопат или убийца?

— По вашей логике, я и то и другое, и третье. Не так ли? А о четвертом мне узнать не желаете?

— Пожалуй, воздержусь. Боюсь, четвертый удачно завершит то, что не сделали первые трое.

Он несколько секунд внимательно меня разглядывал, а затем расхохотался. Да-да, сегодня я веселю всех. Вон, даже у этого на глазах слезы выступили.

— Ох, Клементина, — проговорил он, отсмеявшись. — Вы даже сами не представляете, сколько всего сокрыто в вас. Красивая, упрямая, дерзкая самая живая на свете, несгибаемая, ласковая и жестокая, вы умеете делать очень больно и забавлять всего лишь парой фраз.

— Вы так говорите, словно в любви мне признаетесь, — испуганно и обескуражено прошептала я. — Осторожнее, господин хранитель, а вдруг я поверю?

— Но мы ведь с вами этого не допустим, — уже без всякого веселья ответил он и подхватил меня на руки. — Для вас я всегда буду чудовищем.

— Потому что вы сами этого хотите.

— Верно, эриса Парс. Верно. И когда-нибудь вы поймете, почему я этого так хочу, — загадочно ответил он и направился вверх по лестнице к женскому общежитию.

— Чтобы я вас ненавидела?

— А вы меня ненавидите?

— Да. Вы же сами сказали, что вы чудовище. А чудовища нельзя любить.

— Да, я чудовище, но я ваше чудовище, Клементина, — не сказал, промурлыкал он мне на ухо, когда ставил на ноги перед моей комнатой. И я даже сказать ничего не успела, да и не знала, что сказать. Какой же он странный — этот хранитель. То бьет наотмашь, то ласкает взглядом, то пугает до смерти, то признается в любви, то защищает, то толкает в пропасть. Кайры — никогда мне их не понять, как и не понять того, и с чего этот конкретный кайр так ко мне привязался?

ГЛАВА 22 Бой с тенью

Новый день в нашей комнате начался с дикого крика. Я подскочила, сверзилась с кровати и уставилась ошалевшим взглядом на совершенно лысую ледь Лисон. Нет, ну реально лысую. Она, видать, проснулась утром и не заметила, что все ее волосы вместе с ресницами и бровями остались на подушке. Лично я была в шоке и ужасе, ровно до того момента, когда Виттория не решила, что причина ее плачевного состояния я, и не кинулась на меня с кулаками. Хорошо, хоть магию не догадалась применить, а то на лысой, как коленка голове вместо волос появились бы симпатичненькие волдыри.

А когда леди Ней, впечатляющим приемчиком ее оттащила, та не выдержала и расплакалась, очень горестно, так, что нам самим всем вместе захотелось к ней присоединиться.

— Виттория, я, правда, ничего не делала, — подсела я к ней и обняла за плечи. — Это же табу. Мы живем в одной комнате. Если я тебе сделаю гадость, ты в любой момент можешь мне отомстить ночью, во сне.

Я с подозрением посмотрела на других девушек и поняла по их не менее обескураженным взглядам, даже у Самиры, что и они этого не делали, а значит, это кто-то снаружи постарался.

— Клем, ты ведь можешь все исправить? — с надеждой спросила Тея.

— Тей, она ведь не стул и не щепка, она человек. Я с людьми не работаю, не так.

— Я могу помочь, — неожиданно предложила Касс. Сварить одно зелье для роста волос.

— Правда сможешь? — перестала размазывать слезы по щекам Виттория и с надеждой посмотрела на нашу сердобольную полукровку.

— Попробую. Но мне понадобится помощь.

— Я тебе помогу, — вызвалась Тея.

— Я тоже, — вторила ей Самира. — А вы пока можете попытаться выяснить, что за тварь сделала с ней такое.

— Если бы я тебя плохо знала, то подумала бы, что это ты, — прошептала я Сэм, когда мы поспешно умывались и собирались все вместе.

— Могла бы. Запросто. Но, как ты сказала, что потом помешает ей отыграться?

— На тебе? Вряд ли.

— Ты права, при моем статусе на мне не рискнет, а моим подругам? Тебе или Касс?

— Ты меня в подруги записала? — понимающе хмыкнула я.

— Ну, — неожиданно смутилась принцесса. — Судя по путанице с нашим происхождением, я бы сказала, что ты моя сестра.

— Только при Тей об этом не упоминай, ее твой статус не испугает, — предупредила на всякий случай я.

— Да уж не дура, сама на рожон не полезу, — понимающе прищурилась она.

Через четверть часа девочки ушли за зельем, леди Ней решила воспользоваться в поисках преступника своими тайными методами снаружи, Виттория рыдала в ванной, а я неожиданно оставшись одна, решила просмотреть нашу комнату, начиная с того момента, как мое проклятие перестало действовать, и я спокойно смогла сходить в уборную. И вот, в тот момент, когда я заснула, кто-то пробрался в нашу комнату. Явно девица, невысокая, скрытая под красным плащом. Что удивительно — сначала она отправилась ко мне и нанесла какую-то дрянь на волосы, проделала то же самое и с Витторией, только на нее подействовало, а на меня почему-то нет. Почему? Из-за кольца? Но эта дрянь моей жизни не угрожала, как и проклятие подножки. Тогда почему не сработало? И моя невосприимчивость к магии здесь не причем. Иначе бы никакие крема на свете на меня не действовали.