Читаем Исколотое тело полностью

Уйма состояла из часов, казначейских билетов примерно на тридцать фунтов, небольшого количества серебряных монет, золотого карандаша, маленькой латинской книжки в кожаном переплете, сильно поврежденной водой и озаглавленной «De immortalitate diaboli»[7], ярко-оранжевого шелкового платка в тон галстуку и маленького пера с запекшейся кровью.

— Что это? — спросил Флеминг, подняв перо. — Это улика?

— Да. Оно было в кармане жилета.

— От какой оно птицы?

— Похоже на перо куропатки. Я предполагаю, что он им чистил трубку, — ведь он постоянно курил, — ответил полковник Хантер, указав на полку с трубками.

— Да, — подтвердил Флеминг. — Здесь его трубки, а также щетки для них. Похоже на заводскую работу. Но он вполне мог наряду с ними использовать и перья. Как бы то ни было, мотивом было не ограбление, а вот все остальное могло быть.

В этот момент раздался стук в дверь, и в ней появился шлем полисмена, дежурившего у входа.

— Джентльмен желает поговорить с вами, сэр.

Флеминг вышел. Снаружи его ждал молодой человек.

— Ну? — спросил детектив. — Вы хотели меня видеть? Я — служащий полиции.

— Так точно. Меня зовут Карью, я владелец паба ниже по дороге. Я пришел с информацией по этому делу. Может, это ерунда, а может, и пригодится. Ваше дело судить об этом. Я подумал, что как бы то ни было лучше прийти с этим к вам.

— Совершенно верно.

— Вот в чем дело, — объяснил молодой владелец гостиницы. — Какой-то странный парень снял номер в моей гостинице неделю назад. Не рыбачил, ни с кем не был знаком, ничего не делал… Слонялся весь день без дела и выходил на всю ночь, ну, или на большую ее часть. Я подумал было, что он детектив. Из того, что я знаю, он мог оказаться детективом. Как бы то ни было, вчера вечером он как обычно вышел около десяти. Я не знаю, когда он вернулся, но когда этим утром я спустился, то обнаружил, что его нет. Он собрал свои вещи и оставил на конторке двадцать фунтов да записку, в которой говорил, что вынужден срочно уехать, и просил отдать сдачу персоналу гостиницы. Я ничего особенного в этом не обнаружил — просто пребывание странного гостя странно закончилось, а чего было и ожидать от него? Но затем я услышал о Перитоне и вот решил прийти.

— Понимаю. Как звали того человека?

— Лоуренс, Джон Лоуренс. Я составил для вас его описание. Вот, держите.

— Спасибо, — Флеминг будто бы безразлично взглянул на листик, а затем сказал: — Это странное совпадение, если не сказать больше. Кстати, мистер… мистер Карью, кажется, до вашего паба вести доходят очень нескоро. Он далеко?

— Около мили отсюда. Или чуть меньше, — ответил молодой владелец гостиницы.

— И до трех часов дня вы так и не услышали об убийстве?

— О, нет. Я услышал о нем в половине двенадцатого, от первого же клиента.

— Тогда почему же вы пришли только сейчас?

— Что ж, сэр, я не знаю, знакомы ли вы с текущим положением дел в нашей деревне, — несколько сконфуженно ответил Карью. — Когда я только услышал об убийстве, мне в голову не могло прийти, что хоть кто-то мог быть в этом замешан, кроме… эммм… за исключением одного человека…

— Короче говоря, викария.

Карью с облегчением вздохнул.

— Короче говоря, викария. Потому я не думал о своем бывшем постояльце до тех пор, пока не услышал, что священник вернулся. Узнав об этом, я начал размышлять, и вот — в результате я здесь.

— Спасибо, мистер Карью. В вашей гостинице есть номер, вернее сказать, номера — для меня и моих сотрудников?

— «Тише воды» сочтет за честь предоставить вам номера. Кстати говоря, сэр, прошу не арестовывать меня как убийцу из-за того, что я выходил довольно поздно прошлой ночью. У меня нет алиби, но уверяю вас, я этого не делал.

— Что же заставило вас выйти поздно ночью, мистер Карью, не позаботившись о такой необходимой мере предосторожности, как алиби? — с улыбкой спросил Флеминг.

— Я коллекционирую мотыльков, это мое хобби, инспектор. Во время сезона я выхожу по ночам четыре-пять раз в неделю.

— Понимаю. Вы выходили и прошлой ночью?

— Да. Поднимался за поместье — там много мотыльков.

— Вы не видели и не слышали ничего необычного?

— Совсем ничего.

— Никаких огней, голосов, звуков шагов там, где вы не ожидали их встретить?

— Нет. Совершенно ничего.

— Очень хорошо, мистер Карью. Спасибо, что пришли.

Флеминг вернулся в коттедж.

— Полковник, я собираюсь поселиться в «Тише воды» — вы найдете меня там, если понадобится. А сейчас я собираюсь побеседовать с вашим другом викарием. Мэйтленд!

Сержант встал по стойке смирно и ответил:

— Да, сэр!

— Первым делом нужно узнать, где он был заколот. Отправьте всех на розыск этого места, начиная отсюда и заканчивая двумя милями выше по реке; осматривайте по четверти мили от реки на обоих берегах.

— Есть, сэр.

— А сами с местным полицейским соберите сплетни: навестите местных браконьеров, владельцев пабов и так далее. Отчет отправьте в «Тише воды». Мы все остановимся там. И поищите этого парня, — Флеминг передал сержанту описание Джона Лоуренса, оставленное Карью.

— Да, сэр.

* * *

Флеминг застал викария, в то время как тот упаковывал книги в деревянные коробки.