— Спал! Когда-то! А сейчас мы общаемся по новому проекту и, если ты заметила, мы не одни, с нами мой главный менеджер, рекламщик и еще один представитель администрации. Хотя я не обязан объяснять тебе!

— А я не обязана терпеть снисходительный тон твоих бывших любовниц! Никольский, есть в этом городе баба, которую ты не трахал? — понимаю, что меня несет, но уже не могу остановиться.

В вестибюль возвращаются двое мужчин из их компании, проходят мимо, не преминув окинуть на нас любопытными взглядами.

— Так, довольно! Ты сейчас едешь домой и ждешь меня там. Я освобожусь, приеду, договорим.

— Зачем ты приедешь? Все уже обсудили.

— Я-на! Ты потерялась, детка? Я сказал ехать домой! Не заставляй напоминать тебе о правилах.

Глава 22

Яна

— Зачем ты приедешь? Все уже обсудили.

— Я-на! Ты потерялась, детка? Я сказал ехать домой! Не заставляй напоминать тебе о правилах.

Он еле сдерживается, понимаю, что больше испытывать судьбу не стоит. Накатывает страх.

Вадим уходит в зал, делаю несколько глубоких вдохов, пытаюсь усмирить, стучащее невпопад, сердце. Вот и увиделись. Признаться, я ждала другого от этой затеи. И что теперь делать?

Остаться и вызвать его гнев уже по полной — не хочется привлекать к себе лишнее внимание. Молча проглотить и, подобно овце, ехать домой и ждать — еще хуже.

Возвращаюсь в зал, присаживаюсь на свое место.

— Ну как? — в один голос спрашивают девушки.

— Конечно же, понял, что мы здесь неслучайно. Сказал ехать домой и ждать его там.

— Тогда почему ты еще здесь? — улыбается Корнева.

— Потому что я не добрая фея, сиюминутно исполнять желания, — ворчу я.

— Яна, ну дай ты ему почувствовать себя хозяином положения, потом сто раз возьмешь свое.

Не могу это принять. Сложно. Не для меня. Но я сама на это подписалась.

— Ладно… Спасибо за компанию, девчонки. Отдыхайте.

Достаю наличные, кладу на стол для расчета. Уходя, не смотрю в сторону стола Никольского, но спиной чувствую, прожигающий сзади взгляд, и точно не один.

В такси погружаюсь в гнетущие мысли. Я пять лет вникала в тонкости психологии, перелопатила массу литературы, научилась воспринимать мир объективно, правильно выстраивать коммуникации, владеть собой.

Но с Никольским все пошло не так. С самого начала. Меня захлестывают эмоции, новые, сильные, порой, необъяснимые. Как бы я не отрицала, но он мне не просто нравится, я влюбляюсь, и в нашем случае это провал.

Нельзя в него влюбляться, он временное явление. Нельзя!

Проехав полпути, слышу настойчивый звонок телефона, достаю его из клатча — тетя Лида.

— Алло!

— Яночка, у меня тут такое приключилось, — рыдает она в трубку.

— Что такое?

— Я вешала шторы и упала со стремянки, на ногу встать не могу, она распухает на глазах. Еле доползла до телефона.

— О, Боже! Не двигайтесь, я скоро приеду. Лера где?

— Она же на практике, за городом. Трубку пока не берет.

— Не плачьте, я буду минут через двадцать.

Прошу таксиста отвезти по другому адресу, договариваюсь, чтобы не брал других заказов, повезем женщину в больницу.

* * *

Лера набирает мать в третий раз, когда я уже, справившись, выхожу от них.

— Я отвечу, — говорю лежащей в кровати, тетке.

— Да, Лера. Мы уже дома, все нормально.

— Ян, я уже еду, отпросилась, наконец.

— Не спеши, к ней соседка пришла, побудет, пока ты приедешь. Я завтра к Шмелевой зайду, попрошу, чтобы тебе сделали свободный график, объясню ситуацию, думаю не откажет. Куплю завтра костыли, у меня как раз первой пары нет, будет немного полегче.

— Хорошо, спасибо тебе. До завтра.

Перелом у тетки оказался серьезный, прямо на голеностопе, в гипсе прыгать минимум месяц. Хирург сказал, что еще и сильное растяжение связок в придачу. Ему, почему-то, было весело, он привык каждый день к таким случаям. Все подшучивал, что были всякие клиенты, но в вечерних платьях, прямо с подиума к ним еще не заглядывали. Это он, конечно, про меня. А нам с тетей Лидой не до смеха. Она женщина не маленькая, я еле дотащила ее обратно до такси, а потом она плакала и причитала мне всю дорогу, что теперь и работать не сможет качественно.

— Ну и не работайте, я помогу деньгами.

— Еще чего! Не буду я брать деньги Никольского, как-нибудь проживем.

— Тетя Лида, мне вот сейчас вообще не до ваших принципов, да и вы не в том положении, чтобы права качать. Так что давайте не будем характерами меряться.

Забежав в супермаркет под домом, накупила им продуктов. Под теткино ворчание, затарила ими холодильник и, дождавшись соседку, вызвала такси.

Открываю дверь в квартиру и теряюсь. В коридоре горит свет, а в гостиной работает телевизор, я точно его не включала сегодня. А потом вижу дубленку и туфли Вадима. Что? Как он здесь? Пульс забивается быстрее.

Раздеваюсь и захожу. Никольский сидит на диване с пультом в руках. Рубашка вытянула из брюк и расстегнута нараспашку. Выражение лица — ох, это смерч с катастрофическим исходом.

— Ну, и где ты была?

— Как ты тут оказался?

— У меня есть ключи. Почему тебя это удивляет?

Мог бы озвучить, не очень приятно, когда в твое жилье у кого-то есть беспрепятственный доступ, а ты этого даже не знаешь.