Он открывает дверь в ванную и шагает в спальню, забирая с собой влажную жару, оставляя меня ни с чем, кроме пугающего холода и шепота в моей голове.

«Трусиха». — Я знаю, — шепчу я себе под нос. — Знаю.

Глава 26

Я думала, что переезд сестры в штаб-квартиру Се7мерки встретит сильное сопротивление со стороны Каина, но на самом деле это была его идея.

И меня это не устраивает. В его поведении нет смысла.

У них есть полностью укомплектованное медицинское учреждение, собственный врач, это безопаснее, чем Форт-Нокс, и труднее найти, чем 51 зону. И конечно, я хочу, чтобы она была рядом со мной, особенно после перенесенного и потери своего парня за один день. Однако я не ожидала, что Каин будет так… внимателен к ней. Холодный, дерзкий Каин уже три дня как не отходит от моей сестры с того рокового дня. И сестра его тоже не прогоняет.

— Надеюсь, тебе здесь будет удобно, — тихо говорю я ей. Транспортировка ее, с перевязанными ожогами и сломанными костями, отняла у нее много сил. Кроме того, Феникс должен был дать ей лошадиную дозу обезболивающих, чтобы они могли выкрасть ее, не беспокоя медсестер. Я честно не знаю, как она все еще в сознании.

— Ты что, издеваешься? — хрипит она, одаривая меня сонной улыбкой. — Я могу притвориться, что мне больно, только чтобы не уходить.

— Ты можешь оставаться здесь столько, сколько захочешь, Мери, — успокаивает ее Каин. Я никогда не слышала, чтобы он говорил таким тоном, мягким, успокаивающим и все такое. Меня он хотел разорвать на части лишь потому что я дышала. Но для сестры он покорен, как домашний кот.

Мне. Все. Это. Не нравится.

Я имею в виду, я конечно тронута до глубины души, что Се7мерка проявляет милосердие и понимание о переезде и защите моей сестры. Андрас даже вызвался превратить лазарет в какую-то дзенскую, роскошную больничную палату, сделав ее менее холодной и стерильной, с более насыщенными цветами, дополнительным мягким освещением и первоклассной больничной кроватью, застеленной в самые мягкие простыни и одеяла, известные человеку. Ребята также принесли телевизор с плоским экраном, мини-холодильник и множество книг и журналов, чтобы занять Мери. Лилит тоже помогла, и я даже не закатила истерику по этому поводу.

Поэтому, хотя мне нравятся — очень сильно нравятся — все усилия, приложенные, чтобы сестре было удобно, но я не в восторге от этой новообретенной связи, которую она создала с Каином. Это понятно конечно. Он был рядом, когда она пришла в сознание в больнице. И как только он объяснил все в первый раз (первые несколько раз она клялась, что это было вызвано морфием), и я подтвердила все по телефону, она посмотрела на него как на своего ангела-хранителя, с уродливым шрамом и все такое. Я знаю, что нам с ней нужно многое обсудить, но пока ее состояние не улучшится, все, что я хочу, чтобы она сделала, это сосредоточилась на выздоровлении.

Феникс возится с настройками освещения и затемняет до янтарного свечения после проверки капельницы у сестры.

— Давайте дадим ей отдохнуть, — предлагает он своим докторским голосом. — Переезд был, вероятно, не лучшим для ее легких и травм, и я не хочу, чтобы она соблазнилась разговором.

— Я скоро буду. — Каин плюхается в мягкое кресло, которое он попросил Андраса вписать в интерьер комнаты, и берет журнал.

Серьезно?

Феникс пожимает плечами, уголок его рта приподнимается в смиренном веселье, но мне вот совсем не до веселья.

— Я вернусь через несколько минут, чтобы проверить нашего пациента, — объявляет Феникс, прежде чем закрыть за нами дверь. Как только мы выходим в коридор, я бросаю на него взгляд. — О, могло быть и хуже.

— Как? Как еще может стать хуже?

— Ну… — Феникс потирает затылок. — Он мог бы обращаться с ней так же, как с тобой.

Я скрещиваю руки на груди и фыркаю.　

— Да, я бы хотела, чтобы это произошло. Сестра разорвет его в клочья.

— Тогда ты должна быть счастлива, что он проявил к ней интерес. 95 % отношения Каина рождается из потребности защитить себя. С Мери ему не нужно проецировать эти горькие чувства, потому что он чувствует, что она нуждается в защите. Даже ценой собственной уязвимости.

— Но… Но… Каин? — кривлюсь я. — Почему?

Феникс нежно кладет руку мне на плечо.

— Твоя сестра только что перенесла нечто невообразимое, отчего ее тело разбито, а кожа обожжена. Она потеряла большую часть своих волос, и она никогда не будет выглядеть так же, как раньше. Возможно, ее восприятие красоты изменилось за последние несколько дней. Ты должна не много ослабить хватку.

Его слова словно удар кувалдой по моему самолюбию, и я тут же опускаю голову от стыда.

— Ты прав. Извини. Не могу поверить, что я так поглощена собой. То, что она переживает… я понимаю, почему она ищет утешения в нем. Я благодарна ему за это. Честно.

— Ну, пусть он этого не слышит — усмехается Феникс, прежде чем отпустить мое плечо.

— Почему нет?

— Ты, он все еще любит насмехаться.