— Когда-то я был совершенно другим человеком. Дерзким и безжалостным…Я был монстром. Но потом встретил кое-кого, кто рассеял тьму в моей душе и заставил открыть сердце. Она была хорошей, она была цельной натурой. Она стала лучиком света в моем мире вечной ночи. Она спасла меня…и я потерял её.

— Она умерла?　

Мне ненавистна сама мысль спрашивать об этом.

Он кивнул.

— Она обменяла свою жизнь на мою, чтобы я смог спустя много лет сделать тоже самое.

— Для Габриэллы, — внезапно осознаю я.

Ещё кивок.　

— Это её судьба — наша судьба. Всё происходит не просто так. Почему тебя выбрала ангел Адриэль…почему Се7мерка приютила тебя….это всё связано с чем-то гораздо большим.

— И что это?

Он хмурится.　

— Не знаю. Пока не знаю. Но что бы это ни было, ты должна верить, что всё это предопределено для великого блага. Что-то, что выше тебя или меня, или даже Рая с Адом.

Я ищу нужные слова, чтобы нарушить напряженное молчание, но никакие слова здесь не помогут. Он столько потерял, он столько испытал боли, и вот теперь Нико говорит мне, чтобы я не сдавалась. Предлагая спасательный круг в виде надежды, когда всё, что я хочу сделать, это утонуть в собственных страданиях. Хотя, в тот момент, когда я взяла Люцифера за руку в том холодном, промозглом подвале, я думала, что поступаю правильно. Я хотела, чтобы всё закончилось. И я бы позволила ярости и отчаянию поглотить меня под своими сокрушительными волнами, если бы не встретила Нико. Я бы смирилась с судьбой, уготованной для меня Люцифером. Возможно я бы даже поддалась его ухаживаниям и повелась на обещание отрешенности.

Усталость и выпитые за вечер напитки оседают двухтонным грузом на веках, и я даже не понимаю, как проваливаюсь в сон, пока не чувствую мягкое одеяло на себе и холодные губы, которые касаются моего лба. У меня даже сил не хватает, чтобы прошептать спокойной ночи. Но когда я просыпаюсь от мертвого сна через несколько минут, возможно часов, я понимаю, что Николая рядом нет.

В комнате по-прежнему тихо и жутко.

Но я не одна.

Глава 5

Спустя несколько секунд сон, как рукой снимает и на меня накатывает леденящая паника. Я резко сажусь, готовая спрыгнуть с кровати, но тёплая рука, почти нежно, сжимает меня за локоть.

— Не хотел тебя напугать. Мы можем поговорить?

Я пристально смотрю в его мерцающие лазурно-фиолетовые глаза, в которых плещется презрение.　

— Чего ты хочешь? — резко говорю я, сонным голосом.

— Просто поговорить, если можно. — Люцифер примирительно вскидывает руки. — Ты спала, и я был очарован этой тихой умиротворенностью. На что это похоже?　

Без приглашения он садится на кровать, закидывая свои дорогие кожаные мокасины на кремовое одеяло. Я могу пойти двумя путями. Могу поддаться моим первым инстинктам — бежать, прятаться, кидаться пустыми угрозами, которые только накалят еще больше игру в кошки-мышки. Или могу последовать совету Нико и подыграть.

Люцифер — истинный нарцисс. Он должен верить, что всё крутится вокруг него. Мой страх, ненависть, похоть…он хочет управлять всем. Он хочет потянуть за мои ниточки и посмотреть, как я буду распутывать их прямо перед ним.

— Что на что похоже? — спрашиваю я, пытаясь не показывать страх.

— Спать, — отвечает Люцифер. Прищурив глаза, он наклоняет голову, словно перед ним увлекательное и редкое существо. — Видеть сны.

Я испытываю неловкость под его испытующим взглядом.　

— А ты не знаешь?

— Нет. Это свойственно человеку, мне не к чему.

Я хмурюсь. Легион спал. Воспоминание о том, как я щекой прижималась к его голой груди, как биение его сердца убаюкивало меня всё ещё крылось в тёмных уголках разума. Он выглядел настолько безмятежным, настолько похожим на человека, во сне. Я хотела остаться с ним навсегда в том месте. И думать, что возможно всё это было фарсом, причиняет боль. Как бы мне не хотелось верить, но Легион очень похож на Люцифера. Честно говоря, они все точно такие же.

— Так…никто из вас не спит? Никогда?

Он смотрит на мое удивленное лицо.　

— Не здесь. На земле мы становимся более уязвимы, что больше похоже на смертность. Нам нужна еда и сон. Мы можем получить травмы и даже заболеть. Хотя мы остаемся намного сильнее и более устойчивы к этим раздражающим факторам, но все же я решил не полагаться на волю случая.

Мне становится любопытно. Я сажусь на колени, оставляя между нами приличную дистанцию. Несколько часов назад я уже сидела рядом с Люцифером и позволила соблазнить себя ложью, которую он вешал мне на уши. Мои щеки всё ещё горят от его прикосновения. Но теперь, когда мягкий свет от свечей падает золотистыми тенями на наши лица, присутствие Люцифера кажется удушающим. Как будто каждое чувство во мне пробуждается по его приказу, чтобы быть потом задушенным его подавляющей силой.