— Майор Алистер, я надеюсь, что если вас когда-нибудь обвинят в убийстве, то присяжные не вынесут вам смертный приговор на основании доказательств вроде тех, что вы привели мне.

На лице у Алистера появились красные пятна.

— Кэтрин Фремонт — одна из лучших педиатрических медсестер на Ближнем Востоке. Греческое правительство официально поблагодарило ее за работу в приюте в Салониках Обо всем этом говорится в вашем докладе. Она и Марк Паркер — друзья детства. Об этом тоже можно прочитать в вашем рапорте. Там же говорится, что еврейские организации обратились к ней с просьбой наладить работу среди детей в Караолосе. Скажите, майор Алистер, вы-то хоть сами читаете свои докладные записки?

— Но, сэр…

— Я еще не кончил. Допустим, ваши худшие подозрения справедливы: миссис Фремонт действительно собирает информацию для Марка Паркера, и Паркер в самом деле собирается написать серию статей о Караолосе. Господа, сейчас конец сорок шестого года, война кончилась полтора года назад. Народы устали, им надоели истории о беженцах, никакого впечатления эти истории уже не производят. А если мы возьмем и выпроводим с Кипра американскую медсестру и американского журналиста, это произведет впечатление, и немалое, господа. Совещание окончено.

Алистер быстро собрал бумаги. Фред Колдуэлл, сидевший все время молча и кипевший от злости, вскочил.

— А я говорю, нужно убить парочку жидов, чтоб они поняли, кто здесь хозяин.

— Фредди!

Колдуэлл обернулся.

— Если вам так хочется, могу устроить перевод в Палестину. Там жиды вооружены и не сидят за колючей проволокой. Таких, как вы, они запросто съедают за завтраком.

Колдуэлл и Алистер быстро пошли по коридору. Фредди что-то зло бормотал себе под нос.

— Зайдите на минутку ко мне, — сказал Алистер.

Фредди бросился в кресло. Алистер схватил со стола нож из слоновой кости, ударил им по ладони и зашагал по комнате.

— По мне, — сказал Колдуэлл, — так дать бы старику рыцарское звание и отправить его на пенсию.

Алистер вернулся к столу и в нерешительности стал кусать губы.

— Фредди, я думаю… уже несколько недель. Сазерленд становится невозможным. Я напишу лично генералу Тевор-Брауну.

Колдуэлл поднял брови.

— Это рискованное дело, старик.

— Но мы должны что-то сделать, прежде чем этот подлый остров навлечет на нас беду! Вы — адъютант Сазерленда. Если вы меня поддержите, ручаюсь, что никакого риска не будет.

Алистер приходился родственником Тевор-Брауну. Колдуэлл подумал и согласно кивнул.

— Не забудьте ввернуть в письме пару слов обо мне.

В дверь постучали. Вошел младший сержант с новой стопкой бумаг. Он протянул их Алистеру и вышел из кабинета. Алистер полистал и вздохнул.

— Как будто у меня мало своих забот! На острове орудует шайка воров. До того хитры, что мы даже не знаем, что именно они воруют.

Несколько дней спустя генерал Тевор-Браун получил срочный и секретный доклад майора Алистера. Его первым порывом было вызвать Колдуэлла и Алистера в Лондон и хорошенько отчитать за недисциплинированность, граничащую с бунтом, но затем, подумав, он пришел к выводу, что Алистер не стал бы писать такой доклад, если бы не имел веских причин для тревоги. Требовалось действовать как можно быстрее, чтобы пресечь планы евреев в Караолосе.

Тем временем новые постройки у Ларнаки были готовы, и англичане объявили, что на днях начнется массовое переселение беженцев из переполненных зон в Караолосе. Их будут перевозить на грузовиках. Предполагалось переселять от трех до пяти сотен человек в сутки и потратить на всю операцию дней десять. Ари, узнав об этом, выбрал для побега шестой день.

Никаких подкопов, никаких ящиков, никаких мусорных свалок. Ари собирался подогнать к зоне английские грузовики и погрузить в них детей.

ГЛАВА 20

«Кеннету Брэдбери,

заведующему отделом АСН,

Лондон

Дорогой Брэд! Податель сего письма и прилагаемого репортажа с Кипра — Ф.Ф.Уитмен, летчик британских межконтинентальных авиалиний.

Срок начала операции «Гедеон» — через пять дней. Немедленно подтвердите телеграммой получение письма. Я ввязался в это дело на собственный страх и риск. Чувствую, что из этого может получиться нечто капитальное.

В день начала операции я отправлю вам телеграмму. Если она будет подписана «Марк», то это будет означать, что все идет по плану и можно печатать репортаж. Если же она будет подписана «Паркер», то задержите материал, так как это будет означать, что произошло что-то непредвиденное.

Я обещал Ф.Ф.Уитмену 500 долларов за доставку пакета. Рассчитайтесь с ним, пожалуйста.

Марк Паркер»

«Марку Паркеру,

гостиница «Купол»,

Кирения, Кипр

Тетя Дороти благополучно прибыла в Лондон, мы все очень рады ее видеть. С нетерпением ждем вестей.

Брэд»

Начав работать в Караолосе, Китти переехала из «Купола» в гостиницу «Король Георг» в Фамагусте. Марк остался в своем номере, чтобы быть на месте, когда «Исход» прибудет в Кирению.