Читаем Исход полностью

– Нормально, – показал я ему большой палец. – Подумает и изречет: «Вы будете повешены за шею и провисите на веревке до тех пор, пока не наступит смерть». Потом вывезут из города, выберут дерево, петлю перебросят, к фаркопу машины веревку привяжут и подтянут тебя повыше. Потом падальщикам бросят.

Кадык на грязной шее опять дернулся.

– Это какой вариант? Плохой?

– Хороший, – отрицательно покачал я головой. – Почти идеальный.

– Хорошие у вас варианты, – нервно усмехнулся пленный. – А плохой тогда какой?

– Допросят. Будут пытать. Потом продадут конфедератам. Там проживешь еще сколько-то – будешь в болотах плотины строить. Будут бить, кормить впроголодь, чтобы не подох, а потом начнешь от болотной сырости гнить заживо и загнешься. Когда работать больше не сможешь, даже под палкой, – пристрелят.

– Я, по-твоему, зону не топтал? – чуть даже возмутился он.

– Там не зона, там – рабство, – поправил я его. – Зона по сравнению с этим – лагерь «Артек». Ты в этом мире сколько?

– Месяца три примерно, – ответил он, подумав.

– Дольше, чем я, а ума не набрался, – укорил я его. – Нет тут ни «зон» тебе привычных, ни адвокатов, ни сроков даже. Тебя взяли на дорожном грабеже, убийствах и изнасилованиях. А это означает, что ты вне закона, правил и прочего. Каждый поступит с тобой по своему обычаю. Тебя уже нет, ты теперь вроде вредного насекомого, не человек. Тебя никто не защитит, не простит и не пожалеет. А мне за тебя еще премию выпишут. Оружие, что с вас взяли, – тоже мое. Я на тебе уже заработал, и что с тобой будет – мне все равно. Тьфу – и растереть.

– А чего тогда сидишь здесь? – спросил он.

– Хочу узнать кое-что, – ответил я. – Расскажешь мне здесь – не придется рассказывать после, когда тебя в розетку воткнут и уговаривать начнут. Тебя везут знаешь куда? Как раз к ним в город, к тем, кого вы захватили и как баранов продавать везли. Думаешь, они не знают, что их ждало? И что ждет теперь тебя?

– A с чего ты взял, что продавать? – пошел он в отказ.

– За дурака меня держишь? – спросил я его. – Даже отвечать лень.

– Беспредела не боитесь, значит? – с некой угрозой спросил пленный. – Кроме меня люди есть, спросить могут.

Я засмеялся – искренне, от всей души. У пленного даже глаза на лоб полезли от удивления.

– Дебил ты, ей-богу, – сказал я, отсмеявшись. – Это там, в той жизни твои кореша сила еще какая-то, пока вам дышать дают. Потому что тамошние законы вас защищают непонятно зачем. Не людей от вас защищают, а вас от людей. Без защиты закона вы вообще никто. И здесь вы – пустое место. Ну взяли вы этих людей подлостью, не ожидали они, лопухнулись. А если бы не лопухнулись, то они всю вашу кодлу бы на куски порвали, даром что там одни торговцы.

Пленный ничего не ответил – лишь зло посмотрел исподлобья. Но я его нежную душу, равно как и блатную гордость, щадить не собирается:

– Посмотрел я на вас в бою – вам только у школьников конфеты тырить, а не с оружием по степи гонять, – продолжил я. – Хуже баранов, дерьмо, ничто. Пустота. Две девчонки и один мужик, а вас сколько было? Семнадцать? Тыловой заслон они оставили, курам на смех… встали на дороге и в носу ковыряются. Знаешь, за сколько мы их перещелкали? Секунд пять, я даже рожка одного до конца не расстрелял. Спросят за него… Не смеши.

Я посмотрел на злобно пыхтящего пленного. Разумеется, я несколько преувеличивал, но – на пользу делу. Поэтому продолжат оттаптываться на его достоинстве:

– Такие кореша в Порто-Франко было завелись, так мы их на глазах всего города ногами топтали и в окна выкидывали, – вспомнил я эпизод с сутенерами. – Потом отобрали все, что они нажили, – и из города погнали. И кто за них спросил? Пока мы из города не уехали, носа на улицу не высунули. Ты понял? В этом мире любой ребенок, родившийся здесь, стреляет в десять раз лучше и быстрее, чем ты. Если взять школьника лет десяти и тебя – я на школьника поставлю сто к одному и выиграю.

Я еще помолчат, потом добавил:

– Мы тебя даже отпустить можем. Прямо сейчас, хочешь? Иди на все четыре стороны, не проблема. Гуляй.

Я махнул рукой куда-то в ночную саванну.

– А в чем проблема? – насторожился пленный.

– Сколько ты так протянешь, пока тебя на куски не разорвут и не сожрут, вот в чем проблема, – заявил я. – Час? Полтора? Два не протянешь, точно. Без оружия – не протянешь. С оружием чуть больше. Или меньше, если отбиваться начнешь от гиены, например, и только подранишь. А убить ее у тебя умения не хватит. А она тебя и убивать не станет – ей с такой мелочью возиться лень. Живьем жрать начнет. Как перспектива? Здесь даже опытный человек пешим и в одиночку не выживает. Никогда. Отпустить тебя?

– Чего хочешь? – спросил он.

– Расскажи все как есть, – ответил я. – И будет тебе спокойная жизнь оставшееся время, и легкая смерть.

– А без смерти никак?

– Ну ты чего, шутишь? – удивился я. – Без смерти за тебя не заплатят ни фига. Премия только за покойников дается. Ну или в Конфедерацию, плотины строить. Но это хуже смерти. Выбирай.