Читаем Исход полностью

– Неплохо выполнено, Андрей. Я знал, что ты сможешь это, – сказал Карсон, также сидящий за столом.

– Благодарю вас, сэр, – ответил Андрей автоматически.

– Ха, здесь ты можешь обходиться без «сэра», Андрей. Это как раз то, что мы так любим тут. Всё остается снаружи, за дверью.

Андрей кивнул, хотя знал, что вряд ли он сможет назвать на «ты» полковника, неважно, сколько раз тот попросит об этом. Как я могу вообще подумать называть члена Звёздного Ордена как-нибудь иначе, чем «сэр»? Он едва не затрясся при мысли о такой фамильярности по отношению к герою СОЗЛ – уж не говоря о том, чтобы называть его своим другом.

Справа от Карсона сидел Уиндхэм, чья неброская повседневная ряса не слишком-то подходила к обстановке бара. Священник приветствовал его дружественной улыбкой, которая одновременно должна была подтвердить то, что Уиндхэм говорил Андрею днем.

Справа от Уиндхэма и, таким образом, ближе всех к Андрею расположился Раймонд Сайнце – и даже он выглядел несколько менее замкнутым, чем при их первой встрече. «Омедето год-займацу» – тихо сказал куритянин.

Андрей хотя и не понимал, что именно означают эти слова, однако мог предположить, что это куритское поздравление.

Нет, теперь больше нет. Он взглянул на Сайнце и тот ответил на взгляд неопределенной улыбкой. Андрей подумал о людях, мимо которых только что прошел, направляясь сюда. Между нами больше нет национальных различий. Мы сейчас все сидим в одной лодке, есть ли у нас выбор или нет. Улыбка Андрея стала немного шире – так, словно он желал убедиться, что Раймонд чувствует себя не в стороне от компании.

– Что будете пить? – скучающий голос прервал разговор. Андрей взглянул вверх и обнаружил молодую женщину, чьё лицо выражало то же самое, что и голос. В руке она держала грязно-зелёный лист бумаги и ручку. Андрей всегда поражался тому, как быстро люди приспособились. Они использовали листы альгены, которые нашли здесь, на Эдеме, чтобы производить собственную бумагу. И самое интересное – каждый делает вид, словно так было всегда.

Громкий щелчок, с которым во рту официантки лопнула жевательная резинка, прервал рассуждения Андрея.

– Извините, – поспешно сказал он. – Мне пива, пожалуйста. Тёмного.

– Ты уже можешь праздновать? – подколол Джейсон, похлопывая Андрея по плечу. Андрей бросил на него кислый взгляд.

– Эй, Джейсон, оставь парня в покое, – вмешался Уиндхэм. – Он только что сдал предпоследний тест. Он просто останется в СОЗЛ.

Все добродушно засмеялись. Когда официантка удалилась, Андрею удалось, наконец, разглядеть последнего человека, женщину, которая во время обмена приветствиями тихонько сидела рядом с Джейсоном. Она была примерно его роста, каштановые волосы её были коротко стрижены. До сих пор она глядела в стол, поигрывая рабочей карточкой в руке.

Подруга полковника? Не стыкуется.

– Карсон, было бы вежливым представить Андрею твою гостью, – взял слово Раймонд. Все присутствующие переводили взгляды с него на женщину, пока она также не подняла взгляд.

Бирюзовые глаза цвета морской волны.

Несмотря на то, что лицо её все ещё казалось Андрею чужим, он увидел именно те глаза, которые, как он думал, навсегда потерял. Их вид все ещё приносил боль, снова закипел гнев. Андрей мог только таращиться на женщину, чувствуя, как в нем поднимается ненависть.

Глаза Джес.

Карсон, только что сделавший приличный глоток из своего стакана, закашлялся и наклонился вперед, чтобы не расплескать напиток на униформу.

– Извини, Андрей, – выдавил он, наконец, из себя. – Это Джилл.

– Привет, – сказала женщина. Воспоминания о событиях, предшествовавших бунту, роились в Андрее. Наперекор боли, которую принесло её предательство, чувство к ней было ещё велико, хотя Андрей никогда не был уверен в нём. Рана была ещё слишком свежа.

– Привет, – прохрипел, наконец, Андрей – пауза, как казалась ему, длилась несколько минут.

– Пожалуйста, – снова прервала официантка и он воспользовался шансом оторвать взгляд от Джес – Джилл. Он взял стакан и сделал огромный глоток, выпив почти всё пиво.

– Эй, полегче, Андрей. Мы все знаем, что с нами может сделать алкоголь, – заметил Джейсон.

Взгляд Андрея переместился влево, прошелся вдоль стола, встречая понимающие улыбки. Его уши всё ещё пылали, однако теперь не от застенчивости. В нем разливалась злость. Пусть думают, что хотят.

– У меня праздник, ты забыл? – с нажимом спросил Андрей, одновременно разыскивая глазами официантку, чтобы заказать себе ещё пива.

– Понятное дело, празднуешь, – включился Уиндхэм.

Андрей едва не ответил резкостью – злость грозила перелиться через край. Но в этот момент принесли еду и он с волчьим аппетитом накинулся не на святого отца, а на тарелку.