Читаем Искатель Смерти полностью

— Он не сделает этого… Он не сможет предать нас, потому что подставит сам себя. Он должен был бежать к отцу, когда я проделала это в первый раз. Но соблазн получить хорошие деньги был слишком велик. И кроме того, у нас есть дополнительная страховка. Какое-то время я стала добавлять в его собственную пищу наркотики, которые теперь он просто вымаливает у меня. И я его единственный поставщик. — Она тихо рассмеялась. — Он проверяет все блюда, кроме тех, которые ест сам. Так что перестань нервничать, Дэниэл. Я все предусмотрела.

Дэниэл с уважением посмотрел на сестру:

— Тебя просто невозможно обхитрить. Когда мы встанем во главе клана, у нас не будет проблем.

Стефания ответила ему самодовольной улыбкой:

— С моим умом и твоими кулаками мы сможем все, Дэнни, будь в этом уверен.

Тут они оба замолчали: за дверью ложи послышались приближающиеся шаги. У дверей засуетились охранники. Дэниэл и Стефания едва успели встать с кресел и принять безразличный вид, как в ложе в сопровождении молодой жены появился Якоб Вольф. Судя по выражению лица, он был в скверном расположении духа, его густые брови были нахмурены. Не проронив ни слова, дети почтительно поклонились. Не вызывало сомнений, что старый Якоб Вольф был просто вне себя и готов обрушить свой гнев на первого встречного. Дэниэл поклонился и мачехе, Стефания коротко кивнула ей. Констанция Вольф одарила обоих детей своего мужа вежливой улыбкой.

Констанции было всего семнадцать лет, но она уже слыла первой красавицей в центре Империи, там, где красивые женщины вовсе не были редкостью. Высокая, белокурая, идеально сложенная, она вся дышала здоровьем и женской притягательностью. Одного взгляда на нее было достаточно, чтобы в мужчине забурлила кровь. Якоб Вольф сумел заполучить ее в жены, попросту запугав одних претендентов на ее руку и расправившись на дуэли с другими.

Он всячески старался поддерживать традиции. Что касается Констанции, то она, похоже, была удовлетворена этим выбором, благодаря которому стала одной из самых знатных женщин Голгофы и получила право участвовать в делах клана Вольфов наряду со своим мужем. Три отпрыска Якоба Вольфа с разной степенью озабоченности относились к ее взлету и всевозрастающему влиянию. Якоб понимал, что происходит в его семье, но предпочитал молчать. Право выяснять отношения между детьми и мачехой он предоставлял им самим. До тех пор, пока они сохраняли в его присутствии вежливость и не вступали в открытые склоки, он не обращал на них внимания.

Он неожиданно резко повернулся и смерил всех троих членов своей семьи испытующим взглядом:

— Сегодня погиб старый Саммерайл. Его убил в поединке собственный внук, этот паршивый мальчишка. Такой старинный род — и обесчещен!

Дэниэл сухо улыбнулся:

— Для всех приходит свой день, батюшка. Старики должны уступить дорогу молодым. Это в порядке вещей.

Вольф смерил его презрительным взглядом:

— Если бы ты когда-нибудь поднял на меня руку, мальчик, я бы отсек ее тебе по самый локоть. Или ты считаешь, что уже способен возглавить наш род?

— Конечно, нет, батюшка. Пока еще нет…

— И никогда не будешь способен, пока в голове у тебя не заведется порядок. Но я все-таки сделаю из тебя мужчину, несмотря на все происки твоей сестры.

— Разве это так? — вступила в разговор Стефания, встав возле брата. — Я просто проявляю заботу о нем.

— Он из рода Вольфов и должен сам заботиться о себе, — оборвал ее Якоб. — Именно так должен вести себя мужчина. Я не смогу все время вытирать ему нос.

— Не будем об этом, — вмешалась в разговор Констанция, недовольно надувая губки и ласково беря мужа за руку. — Тебе надо было жить в прошлом веке, по-другому ты не умеешь. Сегодня такой хороший день, а тебе не терпится испортить его ссорами. Мы же хотели кое о чем поговорить в узком семейном кругу, пока не начнутся состязания. Может быть, пора?

— Надо дождаться Валентина, — возразил Вольф. — Сомневаюсь, что он сообщит нам что-нибудь серьезное — разве что адрес своего нового фармацевта? — но он мой старший сын и должен при всем присутствовать. Хотя он и опаздывает. Уже в который раз.

— Да, — подтвердил Дэниэл. — Странно, что бы его могло задержать?

Стефания недовольно поморщилась, но у Дэниэла хватило здравого смысла обойтись без заговорщицких ухмылок. Вместо этого он задумчиво посмотрел на отца, и то же самое сделала Стефания.

Якоб Вольф не раз уже использовал свою личную ложу для обсуждения деликатных проблем. Надежные двери весьма затрудняли установку подслушивающих устройств, а имевшийся в ложе защитный экран предохранял от воздействия биополя. Вольф во всем любил основательность.