Читаем Искатель, 1962 №2 полностью

Атомоход снова уперся в язык многолетнего пакового льда к юго-востоку от острова Новая Сибирь. Лед преграждал путь на запад. Перед капитаном встал сложный вопрос: поворачивать опять к проливу Санникова или прорываться севернее островов Анжу. В эту пору самолеты ледовой разведки уже не летали — темно. Единственным помощником оставался малыш вертолет, который был на борту. Много раз выручал он моряков и экспедицию в походе.

Оделся в свои кожаные доспехи бородач Иван Иванович Гуринов, спокойный, рассудительный человек, в которого все на ледоколе были немножко влюблены.

Интересная биография у этого летчика. В Арктике он всего второй год. До этого жил в Крыму, и главным его делом было аэроопыление виноградников. Но слава о мастерстве Ивана Ивановича, о его виртуозном управлении винтокрылыми машинами разнеслась далеко. Полярная авиация пригласила Гуринова на одну навигацию. С делом справился отлично. В этом году просили снова. Он с радостью согласился; Арктика понравилась южанину.

Когда машина была готова к вылету, с неразлучной трубкой во рту и карабином за спиной вышел на вертолетную площадку Георгий Осипович Кононович. Он тоже полетит в разведку.

— Ну, счастливо! — пожал разведчикам руку Соколов.

Помню томительное ожидание.

В штурманской рубке, поглядывая на часы, капитан следил по карте.

— Этот маршрут мы составили заранее, — объяснил он, — чтобы по времени знать местонахождение разведчиков. Полег очень сложный. Видят они лишь под собой, в кружке от прожектора.

— А зачем Георгий Осипович взял с собой карабин?

Соколов улыбнулся:

— Арктика. Случись вынужденная посадка, придется им идти пешком к острову Новая Сибирь. Возможна тогда встреча с медведями…

— Впереди видим чистую воду! — прозвучал в репродукторе спокойный бас Кононовича. — Попробуем пойти вдоль кромки льда.

Но вот машина опустилась на палубу. Все свободно вздохнули. Поднявшись в штурманскую рубку, Кононович взял карандаш и провел на карте черту.

— Здесь до чистой воды двадцать миль. Можно идти.

Через сутки атомоход, обойдя с севера Новосибирские острова, шел со скоростью четырнадцати узлов морем Лаптевых.

Все дальше и дальше на север поднимался корабль. Он шел местами, где даже летом не бывали корабли в свободном плавании. На паках остаются радиовехи.

— Уже скоро, — успокаивает нас похудевший от бессонных ночей Володя Мороз. — Вот поднимемся еще на два градуса. Всего три дармса осталось.

ПЛАВУЧИЙ УНИВЕРСИТЕТ

10 ноября «Ленин» распрощался с восьмидесятыми широтами и пошел на юг. Экспедиция «Север-13» закончила программу научных работ.

Близость родного порта можно было почувствовать во всем: и в том, с какой тщательностью убирались и без того идеально чистые помещения, и в том, как стали вести себя моряки. Поутихли страсти заядлых доминошников, мало зрителей в кино. Большую часть времени люди проводят в своих каютах, склонившись над учебниками, чертежами. Это называется подтянуть хвосты.

Да, атомоход — судно молодежное. Добрая половина моряков уже закончила институты. Остальные учатся. Учеба — одно из важнейших условий соревнования за звание корабля коммунистического труда.

На одной из дверей жилой палубы надпись: «Заочная общеобразовательная школа». Тут регулярно идут занятия в четырех классах — седьмом, восьмом, девятом, десятом, есть директор и даже своя печать.

Нет недостатка и в преподавателях: каждый окончивший вуз готов помочь товарищу. Но есть и утвержденные учителя. Инженер-дозиметрист Олег Никаноров дает уроки алгебры и геометрии, инженер-оператор Борис Каминский — тригонометрии, радиофизик Анатолий Ненецкий ведет занятия по физике, Александр Соколов — по химии, а начальник радиостанции Владимир Петюшин — признанный преподаватель английского языка. И все это делается на общественных началах.

Удивительная школа! Люди учились, а класс вместе с кораблем побывал в пяти морях и одном океане. А не знаменательно разве, что машинист Виктор Фролов отвечал урок физики в западном полушарии, а уже через десять дней сдавал химию в восточном, под небом полярной ночи, да еще на 81-м градусе северной широты, в местах, где раньше человек вообще не бывал?

Общее руководство школьниками осуществляет член судового комитета комсомола Николай Дмитриев — заочник четвертого курса Ленинградского энергетического техникума. Он сам учится отлично и требует того же от друзей.

Николай достает из кармана записную книжку. В ней аккуратно выписаны фамилии заочников, их успеваемость, пожелания. На судне учатся пятьдесят пять человек. Шутка ли! Ведь это целый экипаж обычного корабля. Восемь моряков занимаются в институтах, остальные — в техникумах и общеобразовательной школе. Атомоход «Ленин» поистине плавучий университет.

* * *

…Последние мили.

Ответственное задание полностью выполнено. Рейс прошел успешно. Он еще раз доказал всему миру, как далеко шагнула вперед советская наука и техника. За кормой осталось более восьми тысяч миль, шесть тысяч из них — в ледовом плавании.