Печать Алана заныла, пронизывая плечо. Но как-то странно, не столько предупреждала, сколько… подбадривала, что ли? Получается, что мой покровитель не против такого расклада, и условие с алтарем его не тревожит?

О как...

Сдается, с Видящим действительно стоит иметь дело, пусть и на его условиях. Хотя по способу ведения дел ему куда больше подходит имя не Умный, а Расчетливый, Себе На Уме.

А тайны… да гори они синим пламенем!

Вздохнув, я подтвердил, что принимаю задание. А чтобы точно не ошибиться и не сорвать квест, за точку отсчета рассказа взял песочницу из Дивносада.

Глава 7

Я снова падал, и сердце колотилось в груди, как раненная птица в сжимающейся капканом стальной клетке.

Только на этот раз все способности почему-то оказались в откате, а перстень «Стезя стойкости» со встроенным «Абсолютом» по непонятно какому расчету остался в Цитадели. И теперь, вывалившись из портала на чудовищно огромной высоте, я беспомощно падал на этот чертов остров, без малейшего шанса на чудесное спасение. С каждой секундой остров становился все больше и больше, земля все ближе, а ветер так громко свистел в ушах, что заглушал отчаянный крик, хотя вопил я во всю силу легких…

– Боос! Бо-ооос! Да чтоб тебя!

Весьма чувствительный шлепок по щеке заставил открыть глаза и рывком сесть на кровати. Сперва я ошалело уставился на Кроху, с возмущенным и одновременно обеспокоенным видом жужжавшую перед моим лицом, затем окинул взглядом жилой этаж Цитадели. Слава Алану, это всего лишь сон, а я по-прежнему нахожусь там же, где и прилег…

Взгляд поспешно упал на таймер. Да епт! И полчаса не прошло, как кошмар заставил пробудиться. Ладно, все равно залеживаться некогда, Хорка со своим рейдом по-прежнему ждет меня на «Пустынных холмах» – острове, который мы зачистили от пожирателей последним. Зачистка продолжалась уже трое суток, оставив в памяти массу ярких впечатлений, и за это время удалось вырваться в Цитадель только дважды, да и то лишь на полтора-два часа.

Цели Хорки и его пристальный интерес к осколку реальности пока для меня туманны, но он определенно не желал, чтобы мой осколок сгинул в мое отсутствие, поэтому стоило только заикнуться о возвращении, как он тут же организовал доставку к первому маяку.

Впрочем, я не жаловался на короткий отдых – его вполне достаточно, чтобы разгрести текущие дела и даже немного поваляться в одиночестве на кровати, морально отдыхая после пристального внимания множества чужих глаз, следивших за каждым твоим шагом. И тонус вполне успевал восстанавливаться. Именно в этом и состоит прелесть аватара – нет необходимости в долгом отдыхе. А по-настоящему отдохну после окончания события, когда Хорка выполнит свои условия. Заодно и проверим, насколько твёрдо его слово, и можно ли на него полагаться в дальнейшем.

Машинально коснулся слабо зудевшей мочки уха. Только-только закончила регенерировать, какой-то особенно настырный трубочник в пылу схватки умудрился отсечь костяным кинжалом часть уха, я даже не сразу заметил. Позже обнаружил, что кое-чего не хватает – «Серьги двух лун». Первое мое приобретение в Лунной Радуге, подарок охтанов, но по параметрам – мусор, так что жалеть не о чем.

В целом гхэллы обращались со мной достойно. Как я ни старался драться предельно осмотрительно и лишний раз не подставляться, все равно иногда возникали ситуации, когда я оказывался в гуще отчаянной свалки. Но «когти» не дремали, всегда бросались на выручку, отбивали, не допуская серьезных ранений.

Вообще, тесно пообщавшись с Михонариумом и понаблюдав за поведением гхэллов лично, я пришел к выводу, что угроза Хорки в преследовании, едва только начался разговор – это вовсе не из-за скверного характера Видящего, а скорее характерная черта всей его расы. Гхэллы во многом парадоксальны, и просто не могут не действовать с позиции силы даже когда вполне можно просто договориться. В бою любой из «когтей» отдаст жизнь за товарища, а в минуты отдыха, теша звериные инстинкты, не упустит возможности посоревноваться с ним за место в иерархии, самоутвердиться за его счет. Лозунг их жизни – «сильнейший всегда прав!» Но как только возникает опасность – все гхэллы снова единое целое, без оглядки на личные боевые заслуги каждого по отдельности. Все это не означает, что я вдруг проникся к псоглавым нежными чувствами, но я хотя бы начал их понимать лучше. И теперь относился с еще большей опаской, чем раньше.

– Босс?

Ну да. Тишина и уют. Когда Кроха желает, чтобы ее услышали, то ее пронзительный голосок и мертвого поднимет.

Я потянулся к валявшемуся на полу поясу, достал из подсумка трубку и основательно похудевший кисет. Поколдовав с табаком и зажигалкой, затянулся, медленно выпустив голубоватые струйки дыма. Хорошо. И не хочется никуда спешить. Но надо.

– Так что случилось, малышка?

– Ты меня беспокоишь! Орал как резанный! И я не малышка! Сколько раз…

– Ну а я не босс. Ближе к делу, Кроха.