– Мы знакомы друг с другом всего лишь две недели.

– Не знаю, как сказать об этом напрямую, – задумчиво произнес Рэймонд, запуская пальцы в волосы. Затем он глубоко вздохнул и уставился на меня в упор. – Ты спасла меня, Лин.

– Спасла от Майка, когда передала брелок с ножом? – уточнила я.

– Нет. Когда ты находишься рядом со мной. Рядом с тобой я живой и не чувствую себя трупом или искалеченным. Я просто хочу быть с тобой. Даже спустя две недели знакомства.

"Я ведь тоже искалеченная", – подумала я.

Пальцы Рэймонда переплетались с моими, и все слова вылетели из головы и резко потеряли смысл. А вместе с ними растворились все проблемы и дурацкие обиды. Мои глаза остановились напротив глаз Рэймонда, а вокруг нас застыла тишина. Только наше дыхание. Только удары наших сердец. И больше никого на всей планете, кроме меня и него.

– Рэй, – прошептала я перед тем, как его губы обрушились на мои. Нежно и всего лишь на мгновение. Но этого хватило, чтобы мое сердце чуть не выпрыгнуло из груди.

Нетерпеливо потянувшись к Рэймонду, я вцепилась в его толстовку, притягивая его как можно ближе к себе. Мои легкие наполнились ароматом его холодного и освежающего парфюма в то время, как мои губы плавились от жаркого поцелуя.

– Мне нравится, как ты произносишь мое имя, – охрипшим голосом проговорил Рэймонд, пока в его глазах горел огонь. Он смотрел на мои губы одновременно с каким-то благоговением и сожалением.

– Каким бы плохим я не был, но я не собираюсь набрасываться на тебя после всего, что ты пережила, – продолжил он. – У нас впереди достаточно времени, чтобы сделать то, чего я хочу больше всего на свете.

Только сейчас, когда он прервал поцелуй, я почувствовала, как заныла разбитая губа. Тело болело, но непонятно от чего именно – от гематом или от того, что Рэймонд в очередной раз распалил меня, но так и не потушил мой вспыхнувший пожар.

– Мисс Коултэр, через час документы с выпиской будут готовы, – защебетал за спиной голос Дженифер, а я все не могла оторваться от темных поглощающих глаз Рэймонда. – И к вам посетитель.

Посетитель? Кто это?

– Здравствуй, Линдси.

Мне можно было и не оборачиваться. Я прекрасно знала, кому принадлежал этот голос.

– Что ты тут делаешь, Этан? – вместо приветствия сухо спросила я, хмуро взглянув на незваного гостя.

Глава 23. Начало конца

Несколько месяцев назад

Линдси переступила порог клиники, подняв воротник пальто. Светлый кашемир не спасал от январского пронизывающего ветра, но ее трясло не от холода. Ее серые глаза равнодушно пробежались по оживленному авеню.

По дороге проносились машины, по тротуару ходили люди, а снег продолжал медленно падать. За последний час ничего не изменилось. Кроме нее.

В этот момент она решила, что сошла с ума. Ей казалось, что каждый прохожий с укором смотрит на нее, думая, что она конченая сука.

"Прекрати, всем плевать", – она тряхнула головой, и ее белые волосы растрепались по плечам. Они были ни блондинистые, ни желтоватые и ни пепельные. Белые. Как чистый лист.

Глубоко вздохнув, Линдси безвольно зашагала по проспекту. Клиника осталась за спиной. С навороченной аппаратурой, дизайнерским ремонтом и равнодушными докторами. Хотелось закинуть мощную бомбу в здание, уничтожить каждую стену, хранившую ее темную тайну. Но в слабом теле не осталось сил для борьбы. Она проиграла час назад.

Светофор загорелся красным, но Линдси не остановилась. Шагала дальше, не обращая внимания на трехэтажный мат из окон автомобилей. Какой-то джип затормозил прямо перед ее носом. Она представила, как ее изломанное тело лежит на асфальте, окрашивая серость алым цветом. На ее бледном лице появилась безумная улыбка.

"И какого черта ты притормозил?" – ее дымчатые глаза уставились в широкую морду водителя. От ее тяжелого взгляда мужчина заблокировал все дверцы джипа и аккуратно объехал ее, стоящую посередине перекрестка.

Загорелся зеленый свет, и потоки пешеходов поплыли по своим маршрутам, задевая локтями ее задумчивую фигуру. Линдси вздрогнула и направилась дальше в сторону торгового центра. Там был припаркован ее старый «Приус». Она не дошла несколько футов до машины. Замерла у табачной лавки, скользя по витрине усталым взглядом.

– Dunhill Lights, – парень перед ней засунул голубую пачку в карман. Он сплюнул девушке под ноги и пошел дальше.

– То же самое, – худая ладонь Линдси в перстнях протянула в окно мятую десятидолларовую купюру, – и зажигалку.

Первая сигарета всегда противная, но потом втягиваешься. И она втянулась. Закурила в машине, зажав между искусанных губ фильтр, и выехала с парковки. «Приус» попал в пробку, но ее это не раздражало. Есть вещи похуже пробок, и сегодня она убедилась в этом на собственной шкуре.