Читаем Йот Эр. Том 1 полностью

– Именно то, что и нужно, – без тени улыбки отозвался Яцек, подошел к багажнику своего «Опеля», на ходу снова натягивая перчатки, и извлек из него немного потертый, но весьма дорого выглядящий чемодан из темно-желтой свиной кожи.

– Получите! Привет из Москвы!

Якуб забрал чемодан, перегрузил его в «Студебекер» и, слегка тронув Нину за плечо, скомандовал:

– Трогай! – и, помахав Яцеку рукой, бросил тому: – Счастливо добраться домой!

Машина уже подошла к выезду на шоссе, и Нина поинтересовалась:

– Куда дальше?

– Едем обратно.

Снова бежит под колеса лента асфальта, кое-где битого и не везде заплатанного, снова мелькают деревья вдоль обочин. Городки и вески сменяют друг друга, и вскоре впереди уже видны строения Кракова.

– Краков проскакиваем насквозь, – ничего не объясняя, говорит сзади Якуб и в зеркало заднего вида Нина замечает, как он разворачивает на коленях большую карту. – Из Кракова давай на Бохню, – продолжает распоряжаться генерал.

Сразу за Бохней – поворот направо, и машина мчится в сторону Бескид, к чехословацкой границе. Затем еще раз направо, на какой-то совсем уж неприметный проселок, ведущий вглубь леса. И только здесь отец велел остановиться.

Немного осмотревшись, Якуб тронул дочку за плечо:

– Нина, видишь вон ту прогалину в лесу, а за ней, вроде бы, полянка виднеется?

– Вижу.

– Сможешь съехать с дороги и подать туда машину?

Нина скользнула взглядом вдоль заплывшего и заросшего травой кювета. Кажется, там, впереди, от него осталась едва заметная ложбинка.

– Смогу! – и она коротко, едва заметно кивнула.

Переваливаясь на кочках, «Студебекер» медленно выполз через прогалину меж деревьями на поляну. Здесь пришлось притормозить, а затем и вовсе остановиться – дальше пути не было.

– Мотор не глуши, – предупредил отец, вылезая из машины и направляясь к багажнику. Вытащив из него чемодан, генерал наклонился к окну у водительского места. – Попробуй загнать машину между кустами орешника, так, чтобы ее невозможно было разглядеть с дороги.

Мотор снова заурчал громче, и Нина, переключив передачу, стала тихонечко сдавать задним ходом, вписывая автомобиль между пышно разросшимися кустами.

Речницкий между тем тащил чемодан в противоположном направлении. Продравшись сквозь лесной подрост – видно было, что лесники за годы войны малость подзапустили эти леса, – он нашел небольшой свободный пятачок и аккуратно поставил на него свою ношу.

Когда девочка, последовав за ним, вышла к этому же пятачку, чемодан был уже открыт, и в нем поблескивала стеклышками шкал и черными ручками настройки рация. Ну наконец-то! Наконец те знания, которые с большим трудом вдолбили в нее на курсах, окажутся полезными. Надо освежить в памяти порядок работы и спросить у отца, на какой частоте и с какими позывными выходить в эфир… Но отец опередил ее. Подняв голову от аппаратуры, он поинтересовался, протягивая длинный провод:

– Антенну на дерево забросить сумеешь?

– Что я, по деревьям не лазила, что ли? – немного даже обиженно промолвила девочка. – Давай сюда!

На сосну или бук она, конечно, не взобралась бы. Но вот росший рядом то ли граб, то ли вяз оказался вполне подходящим для такого дела. Вскарабкавшись по его не слишком могучим веткам, предательски гнувшимся и потрескивавшим под ее ногами (впрочем, и весу в ней было всего ничего), Нина устроилась поудобнее, обхватив ствол левой рукой. Затем, после нескольких попыток, ей удалось зашвырнуть конец антенны на простершиеся над ее головой ветви липы, росшей почти вплотную к этому дереву.

Спустившись вниз, отряхнув свою клетчатую юбку и заправив в нее выбившуюся белую блузку с рюшечками, она повернулась к отцу и увидела, что тот уже нацепил на голову наушники и взялся за ключ.

– Папа! Но ведь это же я радистка! – недоуменно воскликнула она.

– Не мешай! – отмахнулся Якуб. – В Центре знают мой почерк, да и скорость передачи у меня выше. Лучше покарауль, чтобы не принесло кого случайно. И учти: если не сумеешь отогнать, придется валить. С рацией нам засветиться нельзя ни в коем случае!

И для чего же было тогда столько мучений с этим радиоделом?! Нине стало немного обидно, но в то же время она подспудно чувствовала и некоторое облегчение от того, что непростую обязанность обеспечения радиосвязи взял на себя отец. «Ага, – проснулся в ней ехидный внутренний голос, – и на ключе работает за тебя папа, и пистолет твой чистит папа, и на утреннюю тренировку тебя поднимает тоже папа, и даже нарядами для выходов в свет обеспечивает папа! Чего доброго, докатишься до того, что папа тебе трусы будет стирать!» Э-э, нет! Ничего подобного Нина допускать уж точно не собиралась и быстренько заставила внутренний голос заткнуться. А что до подъемов по утрам… Так ведь утром так спать хочется – никакой мочи нет!