Читаем Иоанн Дамаскин полностью

— Осени меня крестным знамением, мой Варисбакурий, и дай мне поцеловать образок, висящий у меня на груди. Мне его повесила наша мать. Передай ей, что любовь не умирает.

Варисбакурий быстрым движением разорвал шелковую тунику на его груди и, достав золотой образок Божьей Матери, приложил к уже начавшим остывать губам брата. Затем он прикрыл глаза покойного и тихо произнес:

— Пусть твои раны, брат мой, послужат платой за вход в обители небесные.

Юстиниан устало обвел глазами поле кровавой битвы и распорядился:

— Отрезать норманнам головы, насадить на пики и выставить на стенах дворца. Я иду спать.

3

Утром, когда защитники города узнали, что Влахернский дворец занят Юстинианом, началась паника. Зрелище насаженных на пики голов норманнов повергло жителей Константинополя в мистический ужас. Но еще большая паника началась в императорском большом дворце. Узнав, что Юстиниан уже в городе, Апсимар и не подумал сопротивляться. Страх деморализовал его самого и его придворных. Началось паническое бегство. Апсимар сел на императорскую галеру и отбыл в Вифинию. Оставшиеся чиновники тут же спешно послали к Юстиниану парламентеров, заверивших его в верноподданнических чувствах и покорности его императорскому величеству. Стефан, взойдя на угловую башню дворца, зачитал номос императора Юстиниана: «Я, милостью Божьей император всех ромеев Юстиниан, сын Константина, прозванного Погонатом, принимаю вновь власть над империей, незаконно похищенную у меня врагами Церкви и государства...» Первым к Влахернскому дворцу прибыл патриций Илия с отрядом гвардейцев и, выразив радость по поводу возвращения законного императора, предложил сопровождать Юстиниана во дворец. Юстиниан тут же распорядился направить его отряд для поимки Апсимара, а заодно доставить в Константинополь свергнутого ранее Леонтия. Затем Юстиниан проследовал в храм Святой Софии на благодарственный молебен. Патриарха Каллиника, который хотел выйти ему навстречу, он не допустил до своей персоны, а велел заточить в темницу до его императорского суда. Затем он распорядился вывезти к болгарам провиант, но самих дальше стен города не пускать. Хана Тирвелия Юстиниан попросил подождать, пока он подготовит ему торжественную встречу. Затем император незамедлительно начал казни. По его повелению разыскали стратига фемы Опсикия Ираклия, брата Апсимара, и всех его офицеров. Юстиниан повелел всех их предать позорной казни через повешение. Уже на следующий день, к удивлению болгар, прямо на их глазах стали вешать византийских офицеров, укрепив виселицы в бойницах крепостных стен. Казни продолжались в течение всего дня. Кочевники, вдоволь насладившись этими жестокими сценами, прониклись к Юстиниану еще большим уважением.

На следующий день в столицу были доставлены два бывших императора. Апсимара разыскали в приморском городишке Апполониаде, а Леонтия привезли из Далматии, где он был в свое время заточен Апсимаром в монастырь. Теперь два бывших врага пребывали неразлучно, скованные одной цепью за металлические ошейники. В таком жалком, униженном виде бывших царственных особ по распоряжению Юстиниана с позором водили по улицам города. Каждый из городских плебеев посчитал за честь плюнуть в того, кого он еще совсем недавно буквально боготворил. Во всех направлениях по империи были разосланы агенты — вылавливать разных чиновных лиц, хоть сколько-нибудь находящихся под подозрением в сочувствии узурпаторам. Их приводили в Константинополь и предавали казни. Патриарха Каллиника Юстиниан повелел ослепить и отправить в Рим, к папе.

На освободившийся патриарший престол признательный Юстиниан призвал амастрийского затворника Кира.

4