Читаем Иные миры, иные времена полностью

Белая горячка опасна галлюцинациями. Но если вы не полный дурак, то прекрасно понимаете, что на самом деле их не существует. Некоторым даже нравится, что у них появилась хоть какая-то компания. Бычачья трясучка- совсем другое дело. Вы даже представить себе не можете, до какого состояния надо упиться, чтобы выйти на такой уровень, и когда тебя сажают в тюрьму, лишая возможности пропустить стаканчик, худшей доли придумать невозможно.

От одной мысли о бычачьей трясучке у Ала Хэнли затряслись руки. Правда, это было не особенно заметно, так как в эту минуту он тряс руку старого друга, можно сказать, молочного брата, которого видел всего два раза в жизни при весьма сомнительных обстоятельствах.

Звали этого старого друга, верзилу с потрепанной физиономией и репутацией. Детка Эгглстон, а встречались они, естественно, в баре, где Детка работал вышибалой, будучи изгнан из среды боксеров.

Но вам не стоит заострять на нем внимания, потому что он почти не имеет отношения к моему рассказу. Более того, ровно через полторы минуты Детка завопит, как резаный, а затем хлопнется в обморок, и больше вы о нем не услышите; Правда, не премину заметить, что если бы Детка Эгглстон не завопил и не грохнулся в обморок, вам бы не довелось сейчас читать эти строки. Скорее всего, вы в настоящее время добывали бы гланитовую руду в поте лица своего, под зеленым солнцем на окраине нашей галактики. Не думаю, что это пришлось бы вам по вкусу, так что помните: именно Хэнли спас — и продолжает спасать вас от столь горькой участи. Не судите его слишком строго. Если бы Три и Девять захватили Детку, вся наша жизнь полетела бы вверх тормашками.

Три и Девять — обитатели Дара, второй планеты вышеуказанной зеленой звезды на окраине нашей галактики. Само собой, я называю их сокращенно. Имена дариан состоят из цифр, и полное имя Трех — 389, 057 792 869 223, если перевести его в десятичную систему.

Я уверен, вы простите мне эту маленькую вольность, которую Три и Девять никогда бы мне не простили. Дариане всегда обращаются друг к другу по имени, и опустить цифру или знак считается у них не просто хамством, а ужасным оскорблением. Впрочем, дариане живут значительно дольше, чем мы, поэтому могут позволить себе терять время, тогда как я лишен такой возможности. В тот момент, когда Хэили тряс руку Дeтки, Три и Девять находились примерно в миле над Землей- не в самолете или космическом корабле, и даже не в летающей тарелке (ну конечно, я знаю, что это такое, и расскажу вам как-нибудь в другой раз, а сейчас меня интересуют лишь дариане). Они со всеми удобствами расположились в пространственно-временном кубе.

Наверное, я должен объяснить, в чем тут дело. Дариане пришли к выводу — к которому, может, и мы с вами когда-нибудь придем, — что Эйнштейн оказался прав. Материальное тело, летящее со скоростью, превышающей скорость света, превращается в энергию. Вам бы не хотелось превратятся в энергию, верно? Вот и дариане к этому не стремились, когда начали осваивать галактику.

И все-таки им удалось доказать, что превысить скорость света можно, если одновременно путешествовать во времени. Короче говоря, использовать не пространство, а пространственно-временной континуум. Расстояние, которое они преодолели от Дара до Земли, составляло 163000 световых лет.

Но так как одновременно они отправились на 1630 веков в прошлое, фактическое время их путешествия равнялось нулю. На обратном же пути они отправятся на 1630 веков в будущее, и прибудут в исходную точку этого самого пространственно-временного континуума.

Надеюсь, я достаточно понятно все объяснил.

Как бы то ни было, они удобно расположились в, кубе, невидимом для землян, примерно в миле над Филадельфией (только не спрашивайте, почему они выбрали Филадельфию-я не знаю, как она может хоть кому-то пригодиться, и для чего она вообще нужна).

Итак, куб висел над Филадельфией уже четыре дня, в Течение Которых Три И Девять слушали радиопере дачи и изучали местный язык, пока не смогли свободно на нем изъясняться.

Конечно, они ничего не поняли в нашей культуре. Посудите сами, как им было разобраться- в мешанине из конкурсов, сентиментальных пьес, реклам, любимцев публики и неустрашимых кoвбоев? Впрочем, плевать они хотели на нашу цивилизацию, каК только убедились, что мы не представляем для них.

— Опускаемся? — cпросил Три.

— Да, — ответил Девять.

— … конечно, я видел тебя на ринге, — говорил Хэнли. — Ты просто молодчага, Детка. Будь у тебя хороший мэнеджер, ты стал бы чемпионом. У тебя сель задатки. Пойдем, пропустим по стаканчику?

— Ты меня приглашаешь, Хэнли?

— Э-э-э, видишь ли, я сейчас на мели, Детка. Но мне необходимо выпить, честное слово. Ради старой дружбы…

— Тебе необходимо проспаться. Ты пьян. Еще рюм, ка, и у тебя начнется белая горячка.

— Давно началась, — сообщил Хэнли. — Я уже привык. Вон они, за твоей спиной.