Что это был за шум? Мобильный телефон?

«…убираемся отсюда!»

Мир вокруг меня содрогнулся. Качнулся. Покатился.

Я рванулась из своих оков, когда все перевернулось с ног на голову.

Глава 23

Я села и закричала так, что могла разбудить мертвых. Или тех, кого считают мертвыми. Мое тело было словно в огне, горела каждая мышца, каждый дюйм кожи, который терся о ткань. Каждый крик стал пыткой для моего горла и оставлял вкус крови и желчи на языке.

Но либо я оглохла, либо крик звучал только у меня в голове, потому что из моего горла вырывались только тихие писки. Я взяла себя в руки и поняла, что сижу в полутемной комнате, а единственное окно прикрыто газетой, мешая понять день сейчас или ночь. Никакой мебели. Просто груда одеял, на которой я сидела.

Где, черт возьми, я находилась?

Нос зачесался, и я с трудом сдержала чих. Перед глазами заплясали черные точки. Ноющие мышцы спины не выдержали, и я снова плюхнулась на твердый пол. Я чувствовала липкие бинты, покрывающие мои руки, ноги и живот. Моя левая рука была туго обмотана марлей, и когда я подняла ее, чтобы хорошенько рассмотреть, боль пронзила меня до самого плеча. Кровь забрызгала ватную повязку на суставе моего левого мизинца.

Что случилось с моей рукой? Что случилось со всем остальным моим телом?

Я закрыла глаза и попыталась пробиться сквозь кокон боли, который затуманивал мозг. Это не моя комната, в этом я была уверена. Меня удивило то, что я могла двигаться. Я была ранена, но не знала как или кем. И даже не могла позвать на помощь, потому что у меня повреждено горло. Я была в полной заднице.

Думай, девочка. Думай

Перед моим мысленным взором возник образ. Мужчина с черными волосами и темными глазами, щетиной на подбородке и щеках. Он улыбался мне, смеялся. Я знала его, верно? Как его звали?

Черт возьми, как меня звали?

Я услышала шаги и уставилась на перекошенную, выцветшую дверь, сердце стучало в ушах. Шаги казались тяжелее, чем у любого человека, словно падающие кирпичи. Топот прекратился у двери. Я пошарила вокруг правой рукой в поисках какого-нибудь оружия, но нашла только шершавые одеяла.

Ручка повернулась, и дверь со скрипом открылась на ржавых петлях. В дверном проеме показалась крупная фигура, такая высокая, что ему пришлось пригнуться, чтобы войти внутрь. Я испуганно вскрикнула, уверенная, что сошла с ума. Этот семифутовый гигант с грубой серой кожей и фигурой, которая казалась высеченной из камня, не мог быть человеком. Его лицо было квадратным, голова плоской и безволосой. Глаза хищно блестели, и я внезапно поняла, как чувствует себя загнанная в угол мышь при приближении кошки.

— Ты проснулась, — произнесло существо, его голос скрежетал, как наждачная бумага по металлу. — Это меня радует.

Я не знала, что сказать в ответ. Он предпочитал, чтобы добыча бодрствовала прежде, чем он ее съест? Гигант сделал неуклюжий шаг вперед, и я еще больше съежилась под одеялами. Инстинкт кричал мне бежать или атаковать, но у моего тела не было сил ни на то, ни на другое. Поэтому я просто лежала, позволяя этому существу убить меня.

Гигант мгновение рассматривал меня, склонив голову набок, по его лицу ничего нельзя было понять. — Эвангелина, ты меня не помнишь?

Он знал мое имя. Эвангелина звучало правильно, оно скребло мою память. Как и имя Эви. Я изучала существо, повторяя имя, такое чужое и знакомое одновременно. У меня болела голова от попыток понять все это.

— Ты недавно испытала много страданий, — сказал он. — Потеря памяти не редкость после такого.

— Я знаю тебя? — едва слышно прошептала я.

— Да, ты знаешь меня много лет. Ты называла меня Максом.

— Макс.

Имя легко слетело с моих губ. В моей голове закружились неясные образы. Большая библиотека в центре города. Аккуратные кучки блестящих птичьих костей, дочиста обглоданных и отложенных в сторону. Я стояла с ним на выступе высоко над тем же городом, любуясь его ночными красками. Я пробралась в его логово. Удар сзади. Женщина с белыми волосами истекала кровью, пока Макс стоял рядом и наблюдал. Красивый мужчина с черными волосами угрожал Максу солнечным шаром.

Шар солнечного света. Макс. Горгулья. Я действительно его знала.

— Ты ушел, — прохрипела я. — Покинул город.

— Я сделал это и не возвращался с момента нашей последней встречи.

Воспоминания возвращались отрывками. Макс говорил, что его раса не будет выбирать чью-либо сторону в предстоящей войне. Однажды он был ответственен за мое похищение. Я вспомнила, как бежала, чтобы остановить эльфийского мага от воскрешения демона. Воспоминания проигрывались, как видео на ускоренной перемотке, мелькали лица и события без какой-либо реальной ясности. Большинство имен витали на грани сознательной мысли, просто вне досягаемости.

— Где?

— В сельском городке в шестидесяти милях к югу от большого города, — сказал он. — Этот дом стоит поодаль, и мы прячемся здесь в дневное время. Мы искали одного из нашего ковена последние пять недель. И нашли его позавчера, его тело разобрали на части, останки превратились в камень. Вероятно, он был мертв уже несколько дней.