Читаем Invisible Lines полностью

Сегодня горнодобывающая промышленность, металлургия, машиностроение и химическая переработка занимают центральное место в экономике уральских городов и, соответственно, России в целом.Тем не менее, весьма спорно, достаточно ли одного лишь возраста, геологии и природных ресурсов, чтобы сделать Урал значимой континентальной границей: конечно, никто не станет утверждать, что Аппалачи, которые имеют определенное сходство в этих аспектах,разделяют континент? Более эффективное разграничение может дать население: несмотря на то, что Россия занимает гораздо меньшую площадь, в европейской части проживает более трех четвертей населения страны, и здесь находятся почти все ее крупные города. В противовес этому более густонаселенному району к востоку от Урала простирается огромная территория, которая часто рассматривается как сухопутный эквивалент средневековых карт "Здесь водятся драконы": Сибирь. Сибирь, размером примерно с Канаду и Индию вместе взятые, но с населением меньше, чем в Марокко, часто ассоциируется с тюрьмами, ГУЛАГами и суровыми зимами, в отличие от западной России с ее изысканной архитектурой, классической музыкой и литературой. Действительно, репутация обширной, отдаленной дикой местности сделала Сибирь удобным местом для советских властей, чтобы скрывать грязные секреты, такие как насильственное переселение национальных меньшинств, а западноевропейцы, так редко знакомые с Россией за Уралом, стали воспринимать Сибирь как таинственный и опасный "Восток". Это, безусловно, делает Урал своего рода границей, хотя и не обязательно континентальной. Важно также избегать чрезмерного упрощения этого предполагаемого разделения: к востоку от Урала есть множество величественных архитектурных сооружений, таких как бирюзовый железнодорожный вокзал Новосибирска или златоглавый Успенский собор в Омске. И это при том, что Санкт-Петербург и Москва не славятся своими теплыми климатическими условиями. Тем не менее, отражая силу репрезентации, оказалось легко провести широкое различие между двумя Россиями - одной "известной" и "гостеприимной", другой "неизвестной" и "враждебной" - как в самой России, так и за ее пределами.

Действительно, при общем отсутствии ощутимых доказательств существования континентальной границы по обе стороны от Урала - некоторые геологические расхождения, довольно тонкие демографические различия, несколько различий в климате и ландшафте - для обоснования этой границы стали искать более субъективные расхождения. Но почему именно Урал?Древнегреческие ученые, такие как Анаксимандр, Гекатей Милетский и Геродот, внесшие важнейшийвклад в становление географии как дисциплины, на своих картах отделяли Европу от Азии дальше на юго-запад, в районе Кавказских гор. Важно отметить, что их решения основывались на убеждении, что эти континенты действительно разделены водными объектами - объективный критерий, даже если он не учитывает различия в размерах рек и морей. По мере роста географических знаний греки продолжали пересматривать и расширять границы. Постепенно река Танаис (ныне Дон) стала более традиционной границей, и это представление укрепилось среди европейцев после создания во втором веке карты мира Птолемея, на которой этот водоток был расположен вблизи центра "известного" мира.* Со временем евразийская граница была расширена на юг через Азовское море, Керченский пролив, Черное море и Босфор, и эта традиция продолжалась вплоть до XVIII века. Это очень долгий срок для укоренения идеи о том, что Европа и Азия разделены по этой водной границе!

Перейти на страницу:

Похожие книги

Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ

Пожалуй, это последняя литературная тайна ХХ века, вокруг которой существует заговор молчания. Всем известно, что главная книга Бориса Пастернака была запрещена на родине автора, и писателю пришлось отдать рукопись западным издателям. Выход «Доктора Живаго» по-итальянски, а затем по-французски, по-немецки, по-английски был резко неприятен советскому агитпропу, но еще не трагичен. Главные силы ЦК, КГБ и Союза писателей были брошены на предотвращение русского издания. Американская разведка (ЦРУ) решила напечатать книгу на Западе за свой счет. Эта операция долго и тщательно готовилась и была проведена в глубочайшей тайне. Даже через пятьдесят лет, прошедших с тех пор, большинство участников операции не знают всей картины в ее полноте. Историк холодной войны журналист Иван Толстой посвятил раскрытию этого детективного сюжета двадцать лет...

Иван Никитич Толстой , Иван Толстой

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
Робот и крест
Робот и крест

В 2014 году настал перелом. Те великолепные шансы, что имелись у РФ еще в конце 2013 года, оказались бездарно «слитыми». Проект «Новороссия» провалили. Экономика страны стала падать, получив удар в виде падения мировых цен на нефть. Причем все понимают, что это падение — всерьез и надолго. Пришла девальвация, и мы снова погрузились в нищету, как в 90-е годы. Граждане Российской Федерации с ужасом обнаружили, что прежние экономика и система управления ни на что не годны. Что страна тонет в куче проблем, что деньги тают, как снег под лучами весеннего солнца.Что дальше? Очевидно, что стране, коли она хочет сохраниться и не слиться с Украиной в одну зону развала, одичания и хаоса, нужно измениться. Но как?Вы держите в руках книгу, написанную двумя авторами: философом и футурологом. Мы живем в то время, когда главный вопрос — «Зачем?». Поиск смысла. Ради чего мы должны что-то делать? Таков первый вопрос. Зачем куда-то стремиться, изобретать, строить? Ведь людям обездоленным, бесправным, нищим не нужен никакой Марс, никакая великая держава. Им плевать на науку и технику, их волнует собственная жизнь. Так и происходят срывы в темные века, в регресс, в новое варварство.В этой книге первая часть посвящена именно смыслу, именно Русской идее. А вторая — тому, как эту идею воплощать. Тем первым шагам, что нужно предпринять. Тому фундаменту, что придется заложить для наделения Русской идеи техносмыслом.

Андрей Емельянов-Хальген , Максим Калашников

Публицистика