– Это все из-за того СМС? – осведомился адвокат, и глаза Дарьи неожиданно наполнились слезами.

– Нет. Спасибо тебе за все. Извини, Артем, но…

– Что «но»? – тихо спросил он.

– Больше не звони мне. – Она хотела что-то добавить, но эти слова так и остались невысказанными.

– Я провожу тебя, – сказал Павлов.

Дарья молча вышла наружу. Он последовал за ней, открыл ворота и смотрел, как она торопливо скользнула в салон ярко-желтого автомобиля.

– Удачи, – сказал Артем, но Дарья даже не взглянула в его сторону.

На улице было темно, но света фонаря, высившегося неподалеку, хватало, чтобы разглядеть ее лицо, мокрое от слез.

– Удачи, – чуть тише повторил Павлов, провожая взглядом удаляющуюся машину, постоял немного на улице и вернулся в дом. – Если хочешь, оставайся до утра, – сказал он телохранителю, но тот отрицательно покачал головой.

Они попрощались, и Артем остался один.

Он вошел на кухню, глянул на чашку с давно остывшим чаем. Почему-то эта чашка показалась ему совершенно беззащитной и одинокой. Как Даша.

Что случилось? Что произошло, пока он был у врача?! Ведь прошло не более двух часов, пока Артем отсутствовал, и ничто не предвещало такого развития событий.

Павлов взял чашку, машинально допил чай. Он был холодным и чуть сладким. Даша всегда клала один кусочек сахара для насыщения вкуса.

Артем вздохнул, прошел в гостиную, сел за журнальный столик, раскрыл блокнот, взял ручку и начал вспоминать странное сообщение, которое Дарья показала ему еще тогда, в отделении полиции.

«Привет, Дарья. У тебя есть три варианта…», – начал он выводить в блокноте и вскоре написал весь текст дословно.

– Котельный завод, – задумчиво протянул адвокат.

Пискнул телефон, и он открыл новое сообщение. Оно было от Дарьи.

«Прости меня, я не могла иначе. Ты прекрасный и добрый человек, но я не хочу рисковать твоей жизнью. Я сознательно сожгла все мосты за собой».

На лице Артема не дрогнул ни один мускул.

– Чем ярче горят мосты за спиной, тем светлее путь впереди, – негромко сказал он. – Но к вам это, госпожа Шахова, не относится.

Поразмыслив, он принялся писать ответ, и когда все было готово, перечитал текст.

«Ваши слова, такие ценные и дорогие, не дошли до абонента, поскольку по воле непорядочного хакера были отправлены на другой номер. Теперь ваше письмо читает другой человек, которому оно вовсе не предназначено. До Павлова эти слова уже не дойдут никогда. На лжи и обмане отношений не построишь».

Помедлив, Артем отправил послание Дарье и отложил мобильник.

«Вас ждет офигенный фейерверк», – внезапно вспомнил он предсмертные слова убийцы.

– Фейерверк, – едва слышно проговорил Павлов и неожиданно почувствовал холод.

Котельный завод

Предприятие, где клиентам «Прайм-банка» была назначена встреча, назвать заводом можно было с большой натяжкой, поскольку он не проработал и дня. Его строительство началось еще в прошлом веке, в далеком тысяча девятьсот восемьдесят седьмом году, не раз приостанавливалось и возобновлялось. Затем грянули девяностые, которые, собственно, окончательно похоронили будущее завода. К тому времени уже были готовы производственные помещения, завезена значительная часть оборудования, но в какой-то момент все внезапно застопорилось, заглохло намертво, прямо как автомобиль с пустым баком.

В середине девяностых недостроенный завод за бесценок приобрел некий коммерсант. Часть оборудования была вывезена на вторсырье. Затем этот бизнесмен обнаружился в реке, внутри мешка, наполненного камнями.

Опустевшие массивные строения были обречены на бесполезное простаивание, у которого было два исхода – постепенное обветшание либо снос. В прошлом году вопрос о зачистке территории, занятой недостроенным заводом, поднимался на уровне правительства области. Вместо него на этом месте планировалось воздвигнуть спортивный комплекс. Деньги на снос пустующего цеха и ангара, примыкающего к нему, вроде бы даже нашлись. Но пока суд да дело, завод оставался на своем месте. Сюда иной раз забредали стайки любопытных подростков и бездомных бродяг.

В половине десятого вечера на обочину свернул белый «Хаммер». Автомобиль давно не посещал мойку и был покрыт толстым слоем застарелой грязи, отчего приобрел темно-серый оттенок.

Владелец внедорожника выглядел под стать своему железному коню. Его костюм, некогда белоснежный, смотрелся так, словно им драили подъезд. Впрочем, собственная внешность уже давно перестала волновать Джафара.

Мужчины выбрались из машины.

Коршунов включил навигатор.

– Здесь раньше была дорога, но после девяностых асфальт напрочь раскурочили бульдозеры, – сказал он, разглядывая интерактивную карту местности. – На машине не проедешь. Но тут недалеко, километра два будет, не больше. Вон за той лесополосой. Или попробуем проехать, Джафар?

– Нет, – отказался Абиев. – Пойдем на своих двоих. Я не хочу, чтобы мы на тачке засветились. Плюс еще колесо на какую-нибудь арматуру налетит.

– Джафар, ты, может, последний раз на луну смотришь, – заявил Сергей. – А сам о каком-то колесе беспокоишься.