– Количество этих типов не имеет никакого значения. Хоть триста.

В кабинет заглянула секретарша.

– Артем Андреевич, кофе.

– В другой раз, Леночка, – отозвался адвокат, выключая ноутбук.

Лед тронулся

По дороге Павлов позвонил в дежурную часть ОВД, в сфере ведения которого находился район проживания Дарьи.

После короткого разговора он положил телефон на приборную доску и сказал:

– Сейчас придет участковый.

Дарья с обреченным видом вздохнула и заявила:

– Толку-то, что придет. Почешется, в носу поковыряется и уйдет, как пришел.

– Пускай чешется и ковыряется, сколько влезет. Но сначала этот участковый обеспечит тебе доступ в квартиру, на которую ты имеешь ровно такие же права, как и твой бывший супруг. Кирилл не может без твоего согласия вселять посторонних в ваше общее жилье, – уверенно произнес Артем. – Точно так же он не может менять замки, не уведомив тебя заранее. Ведь тем самым этот тип лишает тебя возможности попасть в дом.

Дарья махнула рукой.

Павлов это заметил и произнес:

– Знаешь, Даша, почему многие люди проигрывают судебные дела, несмотря на высокие шансы на победу? Они не верят в успех, сдаются на полпути. Их противники, стоящие по другую сторону баррикад, радостно потирают руки. Они на это и рассчитывали, надеялись, что истец побоится идти до конца, его напугают перспективы непростой судебной тяжбы, и он без боя сдаст свои позиции. Так быть не должно. Есть закон. Да, иногда он шероховат, не учитывает всех интересов и не всегда своевременно исполняется. Но это уже другая кухня. Существуют иные структуры и органы, чтобы заставлять закон работать. Но здесь и сейчас нарушается твое право. Грубо, бесцеремонно, нагло. Попустительствовать этому нельзя ни в коем случае, иначе возникнут анархия и хаос.

– Я знаю нашего участкового, – сказала Дарья. – Сложно поверить, чтобы он хоть когда-то напрягся и сделал что-то полезное.

– Не сделает, будет жалоба руководству отделения и в управление собственной безопасности. Параллельно составим обращение в прокуратуру. Даша, не нужно стесняться отстаивать свои права. Ты не просишь ничего лишнего, только то, что тебе полагается в соответствии с законом. Этого негодяя, твоего бывшего мужа, нужно поставить на место. Как и недобросовестных полицейских, которые уклоняются от исполнения своих прямых обязанностей.

Через полчаса они были на месте.

– Полиции нет, – сказал Павлов совершенно спокойно, ничуть не смутившись.

Даше казалось, что он был даже рад этому обстоятельству.

– Но хочется верить, что наш доблестный Анискин уже в пути, а в кобуре у него пистолет, а не огурец.

Адвокат шагнул к двери и нажал на кнопку звонка. Где-то в недрах квартиры тут же зачирикала электронная птичка. Ужасающе медленно текли секунды. Наконец в коридоре послышалась возня.

– Откройте! – сказал Павлов и встал напротив смотрового глазка, чтобы его было видно.

В воздухе повисла гнетущая тишина.

Адвокат постучал по матовой поверхности двери костяшками пальцев.

– Мы знаем, что дома кто-то есть, – размеренным голосом произнес он. – Моя фамилия Павлов, я адвокат владелицы этой квартиры. Откройте дверь законному собственнику. В противном случае будут вызваны специальные службы и замок все равно вскроют.

Артем посмотрел на Дарью, в глазах которой страх с переменным успехом боролся с едва затеплившейся надеждой.

Внутри раздался шорох, после этого донесся приглушенный голос с акцентом:

– Хозяина нету дома.

– Откройте дверь! – громко потребовал Павлов, и в следующую секунду щелкнул замок.

– Чего надо? – хмуро осведомился мужчина, нетвердо стоящий в дверном проеме. Держа в руке открытую бутылку пива, он переводил мутный взгляд с адвоката на Дарью.

– Ты проходи, – наконец заявил этот фрукт, остановив взор на Дарье.

Очевидно, он узнал в ней бывшую супругу Кирилла, тут же посмотрел на Артема и добавил:

– А ты иди отсюда. Никто тебя не звал. Хозяин никого пускать не велел.

– Мы войдем вместе, – сообщил ему Павлов, улыбнулся и продолжил: – И не надо нам «тыкать».

Очевидно, нетрезвому постояльцу эта идея не понравилась. Как только Артем перешагнул порог, он схватил его за ворот рубашки.

– Уберите руку и дайте пройти, – спокойно произнес адвокат.

– Ты подождешь тут, на лестнице, – сказал незнакомец и ухмыльнулся, демонстрируя зубы, изъеденные кариесом.

Однако в следующее мгновение лицо этого человека перекосилось от боли. Его кисть была молниеносно перехвачена и заломлена в суставе, после чего вся рука с отчетливым хрустом завернулась за спину. Он взвыл от боли, неестественно согнулся и теперь мог видеть только собственные носки, заскорузлые от грязи и протертые до дыр. Бутылка упала на пол, заливая ламинат шипящим пивом.

– Отпусти! – завопил мужчина.

Павлов толкнул его в холл. Тот не удержался на ногах и, споткнувшись, с гулким стуком опрокинулся навзничь.

– Заходи, Даша, – сказал Артем.

Ошарашенная Дарья нерешительно прошла внутрь, убедилась в том, что в комнатах пусто, и направилась на кухню.

– Че творишь, падла?! – выкрикнул постоялец. Поискав глазами, он ухватился за бутылку и со звоном разбил ее об обувницу. – Хочешь серьезно? Пожалеешь!