Читаем Интуиция полностью

– Вот это конструктивный подход, – откинулся на спинку кресла Константин, до этого с напряженным вниманием ожидавший, когда же ушедшая в себя мадам вернется в мир, – мне кажется, мы с Вами сработаемся. Естественно, есть и прикладное применение. Весьма перспективное. Возьмем Вас – носителя интуиции. Ваш внутренний голос пытается достучаться до Вас, но Вы не всегда слышите его, потому что его глушит мозг и генерируемые им мысли. Поэтому интуиция, подчас, влияет непосредственно на тело, обходя, так сказать, главного оппонента. А представьте, если бы Вы научились четко распознавать, что говорит интуиция, а что есть Ваша личная мозговая деятельность. Это только один аспект. А представьте, если можно было бы интуицию измерить, а еще лучше усилить, развить. Вы же понимаете, от скольких ошибок человечество было бы избавлено. Люди годами тренируют свои навыки в спорте и в профессии. С интуицией то же самое, ее необходимо развивать. Носители сильной и развитой интуиции, если они были бы выявлены официальным методами, могли бы занимать определенные посты. Точнее, наоборот. Обязательным условием для важных должностей было бы наличие развитой до определенного уровня интуиции. И тогда не на персональном уровне, а на государственном и научном поприще проявилась бы польза от моего исследования.

Оратор выдохнул после столь яркой речи, произнесенной чуть приглушенным, чтобы не пугать посетителей кафе, голосом. Они сидели за пустым столиком. Официантка уже несколько раз подходила с надеждой получить или новый заказ или просьбу о чеке. В пятницу вечером свободные столики достаточно быстро исчезали, и ей хотелось, наконец, избавиться от этой странной пары, устроившей в кафе диспут.

Константин заметил нетерпеливые взгляды, бросаемые на них работницей кафе, и мгновенно изменился в лице. Марине стало немного жутковато от столь быстрой трансформации. Вспомнилась сцена, когда он орал на ее сотрудниц. Монстр со взрывным характером! Челюсти мужчины сжались, глаза уставились на официантку недобрым огнем. Он уже собрался высказать ей, что-то резкое, но заметив испуганный взгляд собеседницы, тут же взял себя в руки и вполне спокойно произнес:

– Пожалуйста, два кофе и какое-нибудь мороженное.

Струхнувшая официантка метнулась за десертным меню, и на некоторое время разговор прекратился, уступив первенство изучению предлагаемых видов мороженного.

– Давайте я завтра заеду за Вами. В конце концов, это я заинтересованное лицо, да и негоже гонять девушку по такому морозу. Или Вы на машине? – вернулся к разговору мужчина, как только принявшая заказ официантка отошла.

– У меня нет машины, – все еще не решив, как поступить, произнесла Марина. Поездка домой к малознакомому человеку манила и одновременно смущала. Успокаивало одно – ей были известны его паспортные данные, и ему доверял их Генеральный, иначе не принял бы Строева к себе в Советники. Значит, была надежда, что состоятельный товарищ не совсем проходимец. Возможно, дело было в ней самой. Марина никак не могла отделаться от чувства, что каждым взглядом, каждым вздохом, каждым словом Константин воздействует на нее, заставляя сердце биться сильнее, внутренности сжиматься, а между лопатками уже ощущался свербеж от растущих крыльев. Страшно было окунаться в новые отношения в заведомо подчиненной позиции. Ясно же, что собеседник гораздо спокойнее смотрит на нее, чем она на него, да и жизненный багаж у них за плечами совершенно разный.

Константин истолковал ее молчание по-своему.

– Марина, я понимаю, Вы девушка видная. Возможно, кто-то уже делал Вам какие-то непристойные предложения. Поверьте, я далек от этого. Обязуюсь ни словом, ни взглядом, ни тем более какими-то действиями не оскорбить Вас. В моем доме есть домоправительница и ее помощница. Так что мы не будем совсем одни. Такой расклад Вас успокоит?

– Хорошо, – решилась Марина, не услышав ничего про жену.

При этом заявление, что мужчина далек от желания сделать ей непристойное предложение, здорово огорчило. Естественно, так прямо и сразу она никаких непристойных предложений не приняла бы, но гораздо приятнее было бы думать, что Константину хочется их сделать. Впрочем, лиха беда начало!

– Константин, давайте, Вы будете обращаться ко мне на ты.

– Прекрасно! С небольшой поправкой, Мариночка, мы оба будем обращаться друг к другу на ты. О’кей?

Они доели принесенные кофе с мороженным, расплатились, и Константин отвез Марину домой, договорившись, что на следующий день он заедет за ней часов в одиннадцать утра.