Читаем Интуиция полностью

А проснулся в серо-голубоватом тумане, который пересекали разноцветные гудящие линии. Видно было не очень далеко, всего на несколько метров. Линии-нити пронизывали пространство насквозь, как лучики сигнализации в боевиках. Только здесь они возникали из тумана и в туман же уходили. Одни были совсем тоненькие, едва видные, и звенели по-комариному. Другие были толще и звучали иначе – басовито, как высоковольтные линии. Правда, в отличие от проводов, они были не опасны – Олег пробовал касаться их рукой, и рука проходила, не встречая сопротивления, оставалась лишь лёгкая щекотка в ладони. Не все были прямыми. Некоторые, размытые, плавно изгибались, и время от времени по ним словно пробегали вспышки. Олег двигался вперёд в тумане, осторожно переставляя ноги. Под ногами тоже был туман, но ступни не проваливались – туман мягко пружинил. В одном месте Олег почему-то обогнул широкую белую ленту и остановился. Повернул направо, сделал ещё два шага. Ниоткуда вынырнула странная мысль: «Вектор входа». Он осторожно двинулся вперёд, поднырнул под поющее на разные голоса сплетение и вышел на относительно свободное пространство. Здесь висел конец тускло-зелёной нити, уходящей широким изгибом далеко в туман. Просто висел в пустоте, и всё. Олег поднёс к этому месту артефакт, который, оказывается, всё это время держал в руке. Чтобы дотянуться, пришлось сделать шаг вперёд, и ногу вдруг кольнуло. Олег невольно открыл глаза.

Он стоял на поляне, по колено в сырой от росы траве. Солнце ещё не встало, туман клочьями висел между деревьев. Рядом на четвереньках в позе гончей сидел полуодетый Томас и смотрел на него сумасшедшими глазами. Олег перевёл взгляд на собственную руку, держащую артефакт.

– Что? – встревоженным шёпотом спросил Томас. – Сейчас, сейчас…

Он вытащил из травы корягу, уколовшую Олега, и попросил жалобно:

– Давай, родной, давай. Не останавливайся, пожалуйста…

– Ага, – хрипло отозвался Олег и зажмурился. Вернуть прежнюю картину удалось с большим трудом. Он чувствовал, как ручеёк пота пробежал между лопаток, но не решался пошевелиться, пока туман опять не сгустился вокруг. Нужная нить была еле видна, и он очень осторожными, по миллиметру, движениями поднёс к ней артефакт. Одна из граней ребристого шара вдруг ушла внутрь, и Олег понял, что и как он должен сделать. Он просто надел артефакт на кончик нити, и в приборе что-то звонко щёлкнуло. Грани подвигались и замерли, артефакт повис в пространстве. «Что ещё?» – панически спросил себя Олег. – «Что-то ещё нужно. Соображай, чёрт тебя дери…» Он попытался задержать дыхание и расслабиться. Туман вокруг начал блёкнуть, линии то проявлялись, то таяли. Олег чуть не плакал от досады. Потом, сам толком не понимая, что делает, обернулся и шагнул назад, к сплетению разноцветных нитей. Протянул руку, обхватил ладонью серую и замер, дожидаясь чего-то. Вот нить стала ощутимой, даже напряглась в ладони, слева направо по ней побежал фиолетовый блик – и Олег ухватил этот зайчик второй рукой, чувствуя холодок. Потом разъединил нить точно по фиолетовому огоньку, и она разошлась с хрустальным звуком. Не колеблясь больше, он потянул оба конца на себя и подсоединил их к артефакту – один снизу, другой зачем-то слева. Артефакт снова шевельнул гранями, зелёная нить ослепительно вспыхнула, и Олег, уже не колеблясь, повернул штуковину, похожую на стрелку компаса, в направлении, которое показалось ему правильным, и вдавил её большим пальцем.

На поляне дохнуло морозом, иней схватил траву в радиусе нескольких метров, и Олег увидел, словно в замедленной съёмке, как расходится от артефакта тугая волна; Томаса отшвыривает в сторону, как куклу, он неловко падает и медленно катится по земле; ветер взметает пепел вчерашнего костра и уносит порывом прочь вместе с каким-то мусором.

Через секунду всё закончилось. Олег, невредимый, подогнул трясущиеся ноги и плюхнулся на колени. После всего случившегося шлюз выглядел вульгарно просто, как дверной проём. В воздухе колыхалась будто очерченная тонким карандашом рамка, внутри клубился туман. Дыша, как загнанная лошадь, Олег оглянулся вокруг. Отец ошибся всего на несколько метров.

– Чёрт, я не знал, что это опасно для жизни. Всё у вас, Разведчиков, не как у людей. – Поднявшийся Томас широко улыбался, потирая ушибленное плечо. Несмотря на то, что ему опять досталось, казалось, что его вообще ничего не брало, а вот Олег чувствовал себя пустым, как барабан. – Получилось, ёлки-палки. Всё-таки получилось… Ты посмотри, красота какая.